— Думаешь, осмелится?

— Осмелилась же она позвонить в газеты. Я-то уверен, что это сделала она. А теперь выжидает, пока шумиха слегка поутихнет, чтобы опять выскочить с новыми откровениями, затем получить роль в каком-нибудь порнофильме или записать пластинку. Я все больше и больше убеждаюсь в этом, поверь мне!

— Ты, наверное, сам поступил бы тик же на ее месте?

— О! — воскликнул Алекс с искренним возмущением. — Не спорю, я способен на кое-какие делишки. Но так запятнать репутацию человека, нет!

Он зажег сигарету. Алекс слишком много курил, грыз ногти, словом, сжигал самого себя. Вери говорил с ним по телефону очень натянуто. Кристина безуспешно пыталась приостановить кампанию с помощью обещаний и обедов. Но попробуйте-ка рекламировать романтическую любовь, заставьте неистовствовать молоденьких дурех, когда весь свет потешается над тем, что красивая блондинка обращает в бегство Дикки Руа.

— А где Дикки?

— Он переодевается.

— Не слишком ли он…

— Нет. Но чего бояться? Народу было много…

— Согласен. Народу много, полно, зал орет, но… Разве ты не чувствуешь, как что-то витает в воздухе? Ты никогда не станешь человеком нашего мира, бедняга. Люди приходят, однако… Все может сорваться. Обстановка не та. Именно поэтому небольшая группа молодежи… Над чем ты смеешься?

— О! Только не над твоими затруднениями, — сказал Роже. (На сей раз он выглядел почти непринужденно. И удачно выбрал момент.) — Мне пришла в голову мысль, что Поль с его мистической болтовней, своими возвышенными разглагольствованиями о неприкаянной молодежи, своим кустарным ткачеством и гимнами даже тебя поймал на крючок. И потешный же был у тебя вид, когда ты понял, что неприкаянная молодежь за приобщение к шоу-бизнесу потребует по сто пятьдесят франков в вечер на каждого!

— Идея все же была не так уж плоха. Только очень разорительна, — упрямо возразил Алекс. — Между прочим, если бы он немного снизил плату…

— Ты не должен этого делать, — с жаром воскликнул Роже. — Пойми, это же секта! Ты не знаешь, на что способен Поль! А Дикки не нуждается в том, чтобы…

— Именно это меня и беспокоит, — мрачно ответил Алекс. — Долго ли продержится Дикки с мыслью о том, что эта сумасшедшая может сидеть в зале и готова на него наброситься… А если в конце я сдержу лавину девиц, это будет выглядеть как провал, что гораздо хуже…

С важным видом к ним подошел постановщик Серж. В руке он держал чемоданчик, набитый деньгами, — плата наличными за концерт.

— Послушай, Алекс! — настаивал вновь забеспокоившийся доктор. — Я хотел сказать тебе… по поводу Поля… это серьезно…

— О, пощади! У тебя еще будет время сказать мне…

Его перебил Серж, который уже держался за ручку двери в гардеробную музыкантов.

— Послушай, Алекс! Там один из организаторов скандалит из-за того, что концерт закончился на десять минут раньше, чем указано в контракте! Что ему сказать?

— Постой! Я сам ему кое-что скажу! — взревел Алекс, приободрившись в предвкушении стычки со свеженьким собеседником.