Позади послышался вой. Обернувшись, юноша изо всех сил пнул в живот подвернувшегося под ногу оборотня и бросился в лес.

      А сзади уже не выли – рычали, визжали, дрались. В другое время, Эл, конечно же, не упустил бы случая полюбопытствовать, кто там победит – зилонги или волкодлаки, вот только сейчас у него напрочь отшибло все любопытство. Правда, вместо этого чувства нахлынула вдруг пока еще осторожная радость – за ним ведь никто не гнался! Еще бы! Уж, конечно, волкодлакам теперь не до беглецов. Как, хотелось надеяться, и зилонгам. Вой у реки не прекращался ни на секунду.

– Зилонги быстро сожрут этих мальчиков, – показалась из-за березы Ами-Гури. – И тогда примутся за нас.

– Сожрут? – Элнар прислонился спиной к сосне и неожиданно расхохотался. – Ну, это еще большой вопрос, кто там кого сожрет. Оборотни – те еще твари!

– Оборотни? – девушка непонимающе уставилась на Эла.

– Ну да, – кивнул тот. – А ты думаешь, кто были эти мальчишки?

– Ах, вот как, – протянула Ами. – Теперь ясно. И что будем делать?

Элнар задумчиво посмотрел вокруг:

– А нам, вообще-то куда?

– Туда, – Ами-Гури как-то не очень уверенно кивнула на запад.

Юноша повел плечом:

– Пойдем острожненько вдоль самой ограды. Ну, той, что вокруг холма. Она ж – с серебряной проволокой. Если что – перескочим, волкодлаки ведь не смогут перебраться через серебро.

– Волкодлаки-то не смогут, – удрученно кивнула Ами. – А чудища?

– Зилонги? Знашеь, я почему-то не думаю, чтоб они постоянно охотились в здешних лесах. Интересноь, как они вообще сюда попали? От их болот до здешних мест не очень-то близко… впрочем, и не так уж и далеко. Обрати внимание на забор, Ами. Вряд ли он выстроен против зилонгов. Значит, их тут никогда и не было.

      Путники прошли вдоль ограды, орешником и березняком, пока не уперлись в довольно широкую тропинку, извивавшуюся меж деревьев. Видно было, что тропкой пользуются, и весьма часто.

– Надеюсь, местные жители не примут нас за оборотней, – оглядываясь по сторонам, мрачно пошутил Элнар. – Не хотелось бы получить в бок арбалетную стрелу, хотя бы даже и серебряную.

      Обойдя селение с юга, беглецы до самого вечера шагали по широкой дороге, прячась в густой придорожной траве от встречных прохожих и изредка проезжающих всадников. Вдоль дороги все так же тянулись покрытые изумрудной травою холмы, луга, кленовые и березовые рощицы. Кое-где на лугах паслись стада тучных коров, видно было, как лениво помахивают длинными бичами пастухи в мягких широкополых шапках, пару раз, почуяв путников, брехали собаки, впрочем, больше никакой особой опасности не было. На этот раз, по обоюдному уговору, решили заночевать пораньше – загодя, пока еще светло, отыскать подходящее место, тщательно его осмотреть, чтобы не повторилась та жуткая история с хижиной-мороком. Так и сделали, едва солнце только еще начало клонится к закату. Заранее свернули с дороги прочь, к небольшому озерку, окруженному высокими соснами. Хороший здесь рос лес – высокий, солнечный, светлый. В основном сосны, осины, елей почти что и не было, а чуть дальше виднелись желтовато-зеленые липы. Там, в сосняке и выбрали местечко, на небольшой уютной полянке, близ озера. Повсюду густо росли грибы – мощные осанистые белые, оранжево-желтые лисички, плотные подберезовики, подосиновики, маслята.

      У Ами нашлось огниво.