— Привет, — сказала я, немного застенчиво. Я не видела Джонаха уже несколько дней, и провела слишком много времени, разбираясь с драмой Дома Кадогана, так что у меня было не так уж много времени, чтобы помочь моему напарнику в КГ.

— Привет, — ответил он. — Как Дом?

— Нервничает. Им не нравится, что Этан вне досягаемости для них. Как Скотт?

— Хорошо. Разозленный. Несколько вампиров Дома Грей вышли сегодня. Он не хотел, чтобы они приходили сюда, но и не мог им запретить.

— То же и в Кадогане.

Джонах кивнул.

— Давай двигаться.

Мы пошли по улице в сторону площади, каждый шаг приближал нас к шуму и магии.

— Кто организовал это? — спросила я.

— Не знаю, — ответил он. — Сарафанное радио, как полагаю.

Это было совершенно рациональное предположение, но из-за этого я не чувствовала себя хоть чуточку лучше, ввязываясь во все это.

— План? — спросила я у него, теперь вынужденная повысить свой голос, учитывая окружающий нас шум.

— Мы наблюдаем. Мы здесь как миротворцы, и держимся по периметру. Помогаем любому, кто выглядит так, будто попал в неприятности, или помогаем проредить толпу, если все станет опаснее.

Я оставила свою катану в машине — это лучше, нежели давать повод полиции Чикаго беспокоиться из-за ее наличия у меня — но кинжал все еще находился в моем сапоге. Это было единственное оружие, что было у меня на случай, если все здесь примет ужасный оборот. С другой стороны, если здесь все пойдет ужасно, даже меч может не помочь.

Дэйли Плаза была открыта с трех сторон, огражденная улицами Кларк, Дирборн и Вашингтона и Центром Дэйли. Это было огромное пространство бетона, подчеркнутое насекомоподобной металлической скульптурой Пикассо, которая достигала пятнадцати метров в высь, и квадратным фонтаном, выключенным на зиму.

Площадь была набита людьми, толпа была очень плотной, как глубокая вода, поэтому каждый человек наклонялся или врезался в своих соседей, посылая эту волну дальше.

Полицейские в черной форме виднелись по краям, также как и несколько журналистов с видеокамерами на плечах, и несколько вампиров, стоящих парами вне главной давки. Члены КГ, подумала я, пытаясь сохранить сверхъестественных города в безопасности.

— Здесь много людей, — сказал он.

— Ага. А также много магии. — Она поднималась и оседала, как ритм симфонии, посылая неприятные иголочки по моим рукам. — Колючей магии, — проговорила я, рассеянно почесывая тыльную сторону руки.

Мне пришло в голову, что я, вероятно, находилась в пределах телепатической связи с Этаном, и мысленно позвала его, но смогла практически почувствовать, как слова отскочили обратно ко мне. Слишком много магических помех, наверное.

— Давай пройдемся по периметру, — предложил он, и я кивнула, идя с ним в ногу. Ночь была холодной, но давка тел перед нами работала как печь, посылая тепло в нашу сторону.

Толпа была разнообразной, от явно пораженных подростков, которые возбужденно улыбались сложившейся ситуации, до вампиров и оборотней, которых я не узнала, с мрачными выражениями лиц и повторяющих свои призывы освободить Этана снова, снова и снова.

— У твоего мужчины серьезная поддержка, — сказал Джонах.

— У причины имеется поддержка, — поправила я, резко остановившись, когда два двадцатилетки в пальто и шарфах выскочили из такси в заварушку с неоновыми плакатами, требующими права сверхъестественным и освобождения Этана.