– Не обольщайтесь, Мак-Грегор, – предостерег его Дрейк. – Есть ли стена, нет ли – все равно это самое потайное место в мире. Мы понятия не имеем, что там происходит. А стена красивая, правда, Гарольд?

– Мне не нравятся красные звезды на башнях, – сказал Эссекс. – Но вообще там, кажется, чистота и порядок.

– Большинство учреждений в Москве содержится хорошо и отапливается, – сказал Дрейк, – не то, что иные жилые дома. – Сэр Френсис повергал уголки крахмального воротничка своими бледными тонкими пальцами.

– Это повсюду так, – великодушно сказал Эссекс. – Мак-Грегор, – продолжал он, – если вы расположены работать, то мы сейчас же примемся за дело. Хорошо?

– Хорошо.

– Френсис, – сказал Эссекс, – могу я попросить Мелби об одолжении?

– Разумеется.

– Мак-Грегор мне нужен, чтобы немедленно засесть со мной за наши материалы. Может быть, Мелби позвонит в протокольный отдел и узнает, о чем там договорились относительно меня. Пусть спросит, когда и где я могу видеть Молотова.

– Бог мой, и оптимист же вы, Гарольд! – сказал Дрейк. – Не ждите слишком многого.

– Еще не было случая, чтобы я ждал большего, чем достиг, – возразил Эссекс. – Молотов примет меня, не беспокойтесь. И если можно, я бы хотел, чтобы Мелби сейчас же занялся этим.

Дрейк помедлил немного. – Я сам скажу ему, – проговорил он, глядя, как Эссекс отдергивает длинные красные портьеры, чтобы впустить больше света. – Если вам что-нибудь понадобится, Гарольд, велите сказать мне. Мисс Уильямс будет вам очень полезна, она прекрасно во всем разбирается. Звонок к ней где-то здесь на столе. А я пойду распоряжусь, чтобы позвонили в протокольный отдел.

– Вот за это спасибо, – Эссекс нажал кнопку звонка. – Я потом поднимусь к вам, и мы подумаем, как нам добраться до русских.

– У вас все есть, что вам нужно, Мак-Грегор? – спросил Дрейк уже в дверях.

– Да, благодарю вас, – сказал Мак-Грегор, крайне удивленный вниманием Дрейка.

– Тогда я вас покину, – сказал Дрейк. – Желаю успеха.

В дверях он столкнулся с мисс Уильямс; в руках у нее были блокнот и карандаш.

– Вам не тесно в вашей каморке? – спросил Эссекс. Он видел, что мисс Уильямс устроилась в маленькой передней возле двери в комнату.

Мисс Уильяме была особа небольшого роста, еще сравнительно молодая.

– О, нет, – сказала она вспыхнув, – совсем не тесно.

– Вы можете оставлять дверь открытой, чтобы до вас доходило тепло от камина, – сказал Эссекс. – А то вы там замерзнете.

– У меня есть электрическая печка, – сказала она, видимо польщенная таким вниманием.

– Отлично, – сказал Эссекс. – Тогда я попрошу вас принести сюда папки и портфель с моего стола в комнате наверху. Но прежде всего скажите мне, где металлический ящик с документами?

Мисс Уильяме показала на угол комнаты. – Может быть, подшить документы? У меня здесь имеется все, что нужно.

– Пока не беспокойтесь. Мы займемся этим позже.

Мисс Уильяме, являя собой образец готовности и усердия, повернулась и вышла.

– Где ваши материалы, Мак-Грегор? – спросил Эссекс.

– В моей комнате. – Мак-Грегор тоже проворно вышел.

Оставшись один, Эссекс подошел к окну и постоял там, сунув руки в карманы, глядя на черные купола-луковки церкви напротив. Он знал достаточно о московском Кремле, чтобы определить, что это Архангельский собор. Купола казались легкими и хрупкими, и сквозь черную краску на них слабо просвечивала позолота.