– Вам непременно надо идти? – спросила она. – Разве вас ждут?

– Да как будто нет.

– Тогда посидите немножко. Джеб сейчас принесет еще этого ужасного пунша, и вы, по крайней мере, пойдете домой веселый.

– Я и так веселый, – сказал он, радуясь, что пение прекратилось.

– А лорд Эссекс такой начальник, который требует, чтобы его сотрудники всегда были под рукой? – Она, видимо, думала, что он должен уйти, но не хочет в этом сознаться.

Мак-Грегор смотрел на ее смуглые пальцы, которыми она трогала губы.

– Нет, – сказал он. – Эссекс не очень требователен.

– Ну, не думаю, – сказала она. – Ведь он слывет человеком, который никогда не терпит неудач. При такой репутации приходится серьезно относиться к своей работе. Откровенно говоря, я себе не представляю, как вы с ним споетесь.

– А вы знаете лорда Эссекса? – спросил Мак-Грегор.

– Нет. Но я много слышала о нем и кое-что знаю о вас, и никак не могу поверить, что вы поладите. Я убеждена, что вы расходитесь во взглядах на Иран. Правда?

– В некоторых пунктах.

– Да бросьте вы осторожничать, – сказала она. – Вы, должно быть, считаете, что Эссекс кругом неправ, и молчите только из чувства долга.

– Нет!

– Так в чем же вы расходитесь?

– Только по некоторым чисто местным вопросам, – сказал он.

– Ручаюсь, что Эссексу дела нет до местных вопросов, – сказала она убежденно. – Я случайно прочла его первую телеграмму. Там почти только про русских.

Мак-Грегор понял, что нужно поправить дело.

– Ему надо объяснить, – сказал он. – Он еще не успел разобраться в том, что происходит в Иране, а обстановка там очень сложная, и ее не так-то легко разъяснить кому бы то ни было.

– Вы думаете, что сумеете изменить его представление об Иране?

– А почему же нет?

– Даже если от этого его пребывание здесь потеряет смысл?

– Вы слишком упрощаете вопрос, – запротестовал он.

– В самом деле? – Она явно издевалась над ним.

– Да, сказал он серьезно. – Чтобы понять такую сложную страну, как Иран, нужно время, особенно тем, кто там не бывал.

– Совершенно не важно, знает лорд Эссекс Иран или нет, продолжала она поддразнивать его. – Он здесь для того, чтобы проводить политику Англии, а в политике никогда не руководствуются знанием страны, о которой идет речь, а только собственными интересами. И никакие ваши объяснения этого не изменят.

– Я ничего не собираюсь изменять… – начал Мак-Грегор.

– Очень жаль, – перебила она, все еще улыбаясь. – Я думала, вы будете драться за страну, в которой родились. Неужели вы позволите Эссексу и русским поделить ее между собой?

– А теперь вы преувеличиваете!

– Возможно. Но вы остерегайтесь дипломатов. Убедить их ни в чем нельзя, и если у вас с Эссексом есть разногласия, то вы должны примириться с мыслью, что вам никогда их не устранить. Разве только вы сами пойдете на уступки, что маловероятно. Вам неприятно это слушать?

– Нет.

Она тряхнула головой. – Я надеюсь, что вы поспорите с Эссексом, мне хочется посмотреть, что из этого выйдет.