Но излишков не было, а потери и охваченные пламенем ключевые планеты имели место быть, и число их стремительно росло день ото дня.

Тай-Миродия, Мелькас, Пантера Прайм-2, Кумба и ещё несколько десятков ценных имперских миров оказались под угрозой уничтожения. Миллиарды разумных и триллионы кредитов грозили бесследно исчезнуть просто потому, что враг оказался куда удачливее имперских военачальников.

Все, кто умел думать и слышать, об этом знали. О подконтрольных Империи СМИ можно было говорить что угодно, но информацию они подавали весьма подробную, и что-то важное скрывали довольно редко. Просто подача эта организовывалась таким образом, что за толстым слоем информационного мусора было не разглядеть наливающихся кровью гибнущих войск рубинов.

А ведь самую серьёзную жатву вот-вот учинит даже не война, а банальный крах логистики. Миры-универсалы были редкостью, а выгодная в ближайшем прошлом специализация не могла спасти от голода, отсутствия запчастей, дефицита медикаментов и прочая, прочая, прочая. И что останется от Гегемонов в итоге? Скорлупа, которая рассыплется, едва первые корабли начнут вновь прыгать из системы в систему?..

Возган Пеллея, губернатор мира-рая Асорикас, сидел в своём кабинете, уперев локти в стол и переплетя пальцы сцепленных в прочный замок рук. Его мир, расположенный у самых границ Империи Гердеон, одновременно оказался и в достаточно выгодной ситуации, и в самой худшей из возможных.

Населению числом в два с половиной миллиарда не грозил дефицит продуктов: местные предприятия могли легко прокормить и пять миллиардов, ведь именно столько туристов, в среднем, периодически оказывалось на поверхности планеты, когда в соседнем индустриальном мире наступал холодный сезон. Асорикас так же не испытывал нужды в сложном оборудовании вроде климатических установок или систем жизнеобеспечения, ведь этот мир был буквально идеальным для человека и близких к нему видов.

Да, пару сотен миллионов из населения планеты можно вычеркнуть уже на дистанции в пять лет, так как не все могут дышать кислородом, а воспроизвести нужные смеси тут просто не выйдет, но это — потеря, с которой можно смириться.

Вот только на присутствие флота захватчиков закрыть глаза уже не выйдет.

Пять десятков кораблей, уцелевших в последнем бою с оборонительным флотом системы — это проблема. Вроде бы мелочь, да только у защитников осталось всего три десятка вымпелов. Да, имперские корабли быстрее, лучше бронированы и вооружены, но практика показывает, что в лучшем случае размен идёт один к полутора. Можно было бы понадеяться на качественно-классовое превосходство звездолётов, но пережившие бойню суда в этом плане позволяли рассчитывать лишь на паритет, а не на преимущество.

Иными словами, у защитников было столько же линкоров и крейсеров, сколько и у противника. А малых судов существенно меньше, что, впрочем, как раз отчасти компенсировало технологическое превосходство.

И даже так, коммандер флота не брался давать позитивные прогнозы. Он считал, что его корабли погибнут все до единого, даже если каждый член экипажа будет биться, не щадя себя, а мобилизованные гражданские яхты, грузовозы и прочие суда позволят выгадать хоть какое-то преимущество.

Для космоса — ситуация безвыходная, но на земле имперцы ещё могли побарахтаться. Если флоту удастся выбить транспортники, то десант Альянса будет ослаблен. Могучие системы ПКО планеты прикроют основные города и производства, а гарнизон планеты плюс кадеты многочисленных военных академий, у которых имелась и боевая техника, смогут отбиться от наземных подразделений врага.

Смогут же, правда?

Губернатор молча опустил руки, коснувшись ладонями гладкой поверхности стола.