|
Таким словосочетанием каюррианский коммодор не только обозначил врагу грядущие перспективы, но и позволил уже самим войскам обороняющихся сделать выбор. Продлевать и без того затянувшуюся агонию обречëнных космических и наземных войск, принося в жертву жизни сотен миллионов сограждан, или же сдаться, опустить оружие и признать поражение, не запятнав при том свою честь. Кто упрекнёт ошмётки проигравшей стороны в нежелании прерывать своё существование? Лишь лицемеры, которые сами никогда не оказывались на поле боя. Не слышали, как рвутся переборки корабля, отделяющего такого хрупкого тебя от бескрайней, холодной космической пустоты. Не втягивали ноздрями незабываемый запах горелой плоти, протискиваясь меж приоткрытых створок аварийного шлюза. Не вслушивались в давящую тишину, совсем недавно наполненную голосами тех, кого ты знал лично.
Лишь в первые полчаса с момента объявления ультиматума белый флаг выбросило восемьдесят семь крупных космических кораблей, к которым присоединилось более трëх тысяч истребителей, — и где только прятались? — с зелëными новобранцами в кабинах. Станции связи и ещë не подавленные платформы орбитальной обороны не отставали, местами даже оказывая поддержку огнëм против бывших товарищей, решивших идти до конца.
И их можно было понять: кто знает, где пролегают границы терпения вторженцев, которые совершенно незначительным в нынешних обстоятельствах усилием могут перебить всех выживших противников?
На земле всë обстояло схожим образом с тем лишь отличием, что за сдачу там ратовали не командиры, а рядовой войсковой состав. Да и крови в процессе пролилось кратно больше, ведь старшие офицеры звёздного королевства Тарс понимали: в случае сдачи их не ждёт ничего хорошего. Потому и приказывали готовиться к обороне, не учитывая, впрочем, того, что за спинами солдат простирались их родные города. И над этими городами сейчас навис некогда надёжный «Щит», обратившийся орудием палача и способный уничтожить и столицу, и её пригород.
По всей планете прокатилась волна восстаний и убийств. Гибли офицеры, гибли и солдаты: войска стихийным образом разделились на множество лагерей, в каждом из которых по-своему видели способ завершить кровопролитие. В первый час наземная оборона не просто начала трещать по швам, нет. Она практически полностью рухнула, ибо из более чем полутора миллионов солдат две трети посчитали дальнейшее сопротивление шагом крайне неразумным, и обезвредили всех несогласных с ними офицеров. Старший командный состав где погиб, а где бежал или укрылся под землёй, в бункерах, построенных с расчётом на то, чтобы разумные внутри могли пережить полное уничтожение всего живого на поверхности планеты.
И даже так на поверхности всё ещё кипели бои, о чём на борту «Надежды» знали сразу из нескольких источников.
— Продолжаем сближение, необходимо зафиксировать «тягловых лошадей». Конечно, вероятность того, что для нас просто разыгрывают представление крайне мала, но не равна нулю. — Хирако уставшим взглядом взирал на всё происходящее, втайне радуясь тому, что всю массу рутинных задач на себя брали системы лорда Про, а действия и решения органиков просто принимались машинным разумом во внимание. Будь иначе, и сейчас эффективность всего флота упала бы в разы. Каждый разумный, выполняющий сейчас свои задачи, не спал минимум четырнадцать стандартных часов. А кое-кто, — не будем показывать пальцем, — и целые сутки, начав приготовления и последние проверки задолго до начала боя. — Ответа от нанимателя ещё нет?
— Не так быстро. — Трюи Галл покачал головой. С виду он был весел и бодр, но Хирако знал: этот волосатый здоровяк тоже устал неимоверно. Собственно, сам его вид не отличался выносливостью, ибо эволюция в случае ко’норди отдала приоритет физической силе. |