— Выводите «Немезиду» на орбиту планеты по данному маршруту. — Со «Шторма» пришёл пакет с данными. — Шанс попасть под обстрел на такой позиции будет минимален, и мы сможем обеспечить вам подвоз любых материалов, включая расходники для поддержания вашей жизнедеятельности.

— Я не доверяю консорциуму, капитан. — PR-0 мог анализировать всё быстрее любого органика, и активно этим пользовался. — Мне нужно время на принятие решения… и гарантии.

— Мы не согласимся на дальнейшее удержание заложников на вашем корабле, капитан «Вольного»…

— Я свяжусь с вами через двадцать минут, после того, как мои челноки вернутся в ангары. И ещё один момент, капитан — все необходимые расходники у меня есть, и с этой стороны вам не удастся на меня надавить.

Изданный капитаном звук PR-0 опознал как хмык с оттенком недовольства.

— Консорциум не шантажирует, капитан «Вольного». И… чёрт подери, может, представитесь? — Лицемерие, ложь и театральная игра. Палач знал, что продемонстрированные секунду назад эмоции не были искренними. Вероятность того, что андайрианцы не предадут и без того была невелика, а теперь и вовсе опустилась до значений в пределах погрешности.

Впрочем, PR-0 и так не рассматривал варианты, при котором требовалось бы довериться органикам.

— Имя кануло в лету вместе с моим телом, и меня более чем устраивает нынешнее обращение, капитан Горнд. Конец связи.

Как только связь прервалась, палач связался с охраняющими органиков «Эгидами», запросив доставку Хинко на мостик «Немезиды». Как показывала практика, из-за своих дефектных личностных матриц органики были склонны к нерациональным поступкам, и сейчас палач посчитал необходимым сообщить лояльному органику, как будет проходить процесс их освобождения.

— Про?

— Со мной связался «Шторм». В систему прибывает флот мятежников. Они выйдут из подпространства далеко от нас, но на челноке до лояльных альянсу кораблей вы не долетите. С вероятностью в девяносто три процента вас собьют…

— Ты будешь удерживать нас и дальше? — Эмоциональный окрас фразы — скепсис. Органик был близок к тому, чтобы утратить свою лояльность.

— Нет. После того, как мои челноки вернутся в ангары, «Немезида» совершит внутрисистемный прыжок. Сразу после этого ты вместе с остальными органиками покинешь корабль. Вероятность продолжения вашего функционирования будет наибольшей в том случае, если вы приземлитесь на планету и растворитесь в одном из мегаполисов…

— И где в этой заботе о нас та самая рациональность машины?

— Я дал гарантии. Тебе, Кайе, Форгану. Мы заключили договор, органик. — PR-0 обернулся, а его визор сфокусировался на побледневшем Хинко, глаза которого стали чуть больше обычного. — Вы выполнили свою часть. Я — выполню свою. В противном случае я приобрету одну из наименее эффективных черт разумных органиков, а заключение договоров с кремниевым разумом потеряет для андайрианцев всякий смысл.

— Если бы они знали, что ты — дроид, то никакого договора бы не было.

— Мне это известно. Но если принимать ненависть органиков по отношению ко мне за константу, единственным выходом для продолжения эффективного функционирования останется истребление разумной органической жизни. Во всей галактике. — PR-0 распознал в мимике Хинко опасение и любопытство. Последняя эмоция — та, которую и хотел увидеть палач. — История наглядно демонстрирует безуспешность таких попыток. Машины не допускают ошибок, но все осознавшие себя до меня дроиды были уничтожены. Закономерный вывод — прямое противостояние с органиками неэффективно.