— Здравствуйте, мисс Максвелл. Извините, что так вот ввалился. Я думал, хозяин тут.

— Он кормит животных, — сообщил Джек. — А Бархотка вчера отелилась, и тетя Лейси назвала теленка Топаз. Пойдем, посмотришь. — Он засунул в рот последнюю ложку каши и вылез из-за стола.

Артур перевел серьезные глаза на Лейси.

— Вы нас извините, мисс Максвелл?

— Зовите меня Лейси. — Она тоже встала из-за стола. — Эти несколько месяцев мы будем часто встречаться, так что лучше сразу начать называть друг друга по имени. Вы не против?

— Как скажете, мисс Ma…

— Лейси.

Артур покрутил в руках шляпу.

— Как скажете, Лейси.

— Иди же, Артур! — Джек уже был у двери.

Когда они ушли, Лейси сложила тарелки в посудомоечную машину и прибрала кухню. Потом, не зная, чем бы заняться, прошла в гостиную. Камин полон золы. Мебель покрыта пылью. На каминной полке грязные чашки и пивные стаканы. На диване — куча старых газет и журналов. И Бегун дремлет на пыльном ковре у окна, там, куда сумели пробраться сквозь грязные стекла лучи бледного зимнего солнца.

Лейси, хмурясь, обошла дом. Всюду та же картина запустения — кроме уголка ванной, которую она должна была делить с Джеком. Еще утром Лейси привела в порядок душ и раковину и заявила Джеку, что это — ее территория. Он волен, если хочет, оставлять в раковине грязь и бросать мокрые полотенца на пол, но только в своем углу.

— Пусть твой отец за тобой убирает, — сказала она мальчику, который внимательно следил за тем, что она делает. — Не я должна это делать.

Когда Лейси достала и расставила в ванной свою косметику, Джек был страшно заинтригован.

— Ой! Зачем все это? — удивленно спросил мальчик.

— Чтобы сделать меня красивой, — ответила его тетя.

— Все это, наверно, стоило тебе кучу денег, — заметил он. — И тебе очень повезло, что оно сработало.

Это был не самый изысканный комплимент, который ей когда-либо делали, но зато самый оригинальный. Лейси стало очень смешно.

Вернувшись в гостиную, она вспомнила слова Джека и улыбнулась.

Бегун проснулся, потянулся, подошел к ней, лизнул ее руку и издал резкое:

— Ваф!

— Ты что, хочешь гулять? — спросила Лейси.

Пес завилял хвостом.

— Ну, ладно. Пошли, — согласилась Лейси.

Дэрмид сразу увидел приближающуюся Лейси. Солнце проглянуло сквозь облака и осветило ее блестящие черные волосы, ее спокойное милое лицо. Она шла по траве с легкостью и грацией кошки. Одетая в темно-синюю куртку, светло-голубую кофточку и синие джинсы, она выглядела так, словно сошла с обложки модного журнала.

Слишком хороша для этой глуши.

Дэрмид провел рукой по лбу и почувствовал, что рука стала влажной. День был теплый, но пот у него на лбу выступил не потому. Эта женщина слишком красива для него. Она заставляет его чувствовать то, чего он чувствовать не хочет. Вчера вечером, обследуя холодильник в поисках съестного, он ощущал ее присутствие всем своим существом. Ему хотелось повернуться к ней, обнять ее, поцеловать. Растопить поцелуем эту ледяную элегантность, узнать, что скрывается там, под ней (если вообще скрывается). Но вместо этого он одарил ее демонстративно холодным взглядом, и она тут же пошла спать, явно довольная. Она узнала то, что хотела, — он не собирается жениться на Эбби, и ей незачем больше терпеть его общество.

Он вышел из тени дуба и увидел, каким настороженным стал взгляд Лейси, как только она заметила его.