— Не надо света! Я не хочу!

Она обернулась и застыла, не сводя глаз с человека, сидящего в кресле в углу. Пруденс шагнула к нему, и незнакомец в ужасе вскинул руки, словно пытаясь отогнать пугающее видение.

— Ты пришла? — прохрипел он. — Я ждал тебя. Все эти годы я ждал. Значит, и в могиле тебе нет покоя? Что же ты так долго медлила, Фрэнсис? Чтобы помучить меня?

К Пруденс подошел слуга, которого она поначалу не заметила в темноте комнаты.

— Он бредит, мисс. Не придавайте значения его словам. Ему повсюду мерещатся привидения…

Старик в кресле угрожающе дернулся к нему, скрючив узловатые пальцы. Пруденс съежилась, испуганная неожиданной агрессивностью старика. Слуга силой усадил его обратно в кресло. Плед упал, обнажив старческое, но еще крепкое тело. В глазах старика метался ужас.

— К нему никого не пускают, мисс. Посетители только пугают его.

Пруденс не сводила глаз со своего деда — под бледной кожей набухли синие вены, лицо покрыто старческими бурыми пятнами. Этот человек убил ее отца, стал причиной смерти матери, обрек саму Пруденс на сиротство и нищету!

Но она выжила. Внезапно гнев покинул ее. Старик уже поплатился и продолжал платить за свои преступления, живя в постоянном страхе. Она отвернулась и вышла.

— Все, я готова ехать, — обратилась она к Себастьяну.

Обняв Пруденс за талию, леди Вудфорт повела ее вниз.

— Это слишком тягостное зрелище, дорогая. Я пыталась предостеречь тебя…

— Нет, я должна была это увидеть. — Пруденс вдруг вспомнила, что собеседница приходится ей тетей. Она порывисто обняла леди Вудфорт и поцеловала ее. — Простите, если я причинила вам боль.

— Дорогая, ты доставила мне радость — несмотря ни на что. Подумать только, нашлась моя племянница, дочь моей любимой сестры… Ты представить себе не можешь, как много это для меня значит.

— Мадам, вы навестите нас после свадьбы? — спросил Себастьян.

— Стало быть, ты выходишь замуж? Так я и думала. Дорогая, я желаю тебе счастья. — Леди Вудфорт обняла Пруденс. — Надеюсь, ты пришлешь мне приглашение?

Пруденс с улыбкой попрощалась с ней.

— Ты слишком долго молчишь, — заметил Себастьян, ведя Пруденс к экипажу. — Иссякли темы для споров?

— Для споров? Зачем же мне спорить с вами, сэр? — Пруденс отвернулась.

— Я думал, ты найдешь причину — например, сама пожелаешь выбрать церковь… или начнешь строить планы на медовый месяц…

— Я еще не сказала, что согласна выйти за вас замуж, — напомнила Пруденс.

— Поди сюда, соблазнительница, иначе я надеру тебе, уши.

Себастьян поцеловал ее, и Пруденс вдруг забыла обо всем на свете. Он разжал объятия только затем, чтобы приникнуть губами к жилке, пульсирующей на ее запястье. Пруденс охватило радостное возбуждение. Она со вздохом положила голову на плечо Себастьяна.

— А я думала, что безразлична вам, — призналась она. — То есть не совсем безразлична, но…

— Ты считала меня слепцом? Как я мог не обратить на тебя внимания? В конце концов, при первой же встрече ты пыталась убить меня!

— На мне была мужская одежда, — напомнила Пруденс.

— Но я сразу понял, кто ты на самом деле, и, должно быть, влюбился с первого взгляда. Надеюсь, больше мне не грозит опасность, Пруденс?

— Если не появятся причины — например, другая женщина… — И она засмеялась, уверенная в его любви.

— Этого тебе незачем опасаться. На свете нет другой женщины, которая обладала бы твоей отвагой, решимостью и добротой.