Сквозь ледяной блеск он увидел темную фигуру, одной рукой она тянулась к нему, вторая мелькнула у него перед глазами. На протянутой руке блеснул голубой огонек, за спиной у этой фигуры он заметил лук, видимый, поскольку по его внутреннему изгибу туда-сюда ползали пылающие огненно-красные саламандры. Фигура приблизилась. На мгновение показалось, что она сейчас шагнет в комнату сквозь световую завесу. Захария, хватая ртом воздух, отпрянул назад, наткнувшись на Хериберта, тогда как Санглант прыгнул вперед, пытаясь удержать ее.

— Держись за меня, Лиат! — Его рука прошла сквозь пустое воздушное пространство.

Она воскликнула:

— Да! Я вижу тебя! — Воздушная серебристая Джерна, спустившись вниз с потолка, окутала Блессинг, защищая малышку. — Иди сюда, Джерна, если хочешь. Возвращайся домой. Путь открыт.

Дэймон, словно вода, скатилась вниз с тела Блессинг, пропитав ее светом и эфирным веществом своей воздушной формы. Блессинг закричала от удивления и восторга; мгновение спустя Джерна превратилась в тонкий тростник, свернулась кольцом и исчезла в распахнутом окне света.

Водоворот исчез, как только Санглант попытался прыгнуть за ней. Он тяжело приземлился на ковер на середину комнаты и выглядел, по правде говоря, несколько глупо. Блессинг рассмеялась и захлопала в ладоши, будто этот трюк он исполнил специально, чтобы развеселить ее, но ее отец побледнел, замерев на месте. Блессинг опомнилась, в страхе глядя на человека, держащего ее на руках, лицо которого исказилось от ярости.

Хериберт оттеснил Захарию и забрал хныкающего ребенка из рук отца. Как будто это действие вывело его из оцепенения, Санглант обернулся, схватил стул и поднял вверх.

С грохотом он бросил его на пол.

Деревянные щепки и бруски покрыли ковер. Госпожа Сюзанна и ее семья стремительно покинули комнату. Даже лорд Хродик, будто очнувшись ото сна, ушел, спотыкаясь и пошатываясь.

Захария шагнул было вперед, чтобы успокоить принца, но Хериберт жестом остановил его.

— Но не для меня! — вскричал Санглант. — Путь открыт, но не для меня! Неужели я для нее совсем ничего не значу, если она берет к себе другого?

Правой рукой он поднял то, что осталось от тяжелого стула, готовый вновь бросить все это об пол, когда Анна подошла и встала рядом с ним. Она не убежала вместе с другими и, казалось, не испытывала страха.

— Вы действительно дэймон с небес? — спросила она хриплым голосом. — Поэтому вы так хотите туда вернуться?

Насколько страшен король Генрих во гневе, было известно далеко за пределами его земель. Знать боялась королевского гнева по понятным причинам, хотя поговаривали, что Генрих старается держать себя в руках. Несомненно, принц Санглант был самым добродушным из благородных людей, так по крайней мере всегда думал Захария. Сейчас первый раз в жизни он увидел королевскую ярость, отразившуюся на лице принца, — отталкивающее и устрашающее зрелище, — поэтому он отступил назад и встал рядом с Херибертом, который утешал плачущую Блессинг. Она никогда раньше не видела папу в таком состоянии.

Анна замерла в ожидании.

Санглант разжал руку и, судорожно вздохнув, уронил остатки стула на пол. С глухим стуком тот упал на ковер, встав на сломанные ножки.

Внезапно стало очень тихо. В камине перекатывались угольки, рассыпалась зола, огонь, словно тяжело вздохнув, быстро погас.

Яркий свет факелов потускнел, будто Санглант вобрал всю силу их пламени, чтобы разжечь свою ярость, но, возможно, это было всего лишь следствием эфирного ветра, стремительно влетевшего в комнату и так же внезапно исчезнувшего. Комната выглядела совершенно обыденно: два искусно вырезанных из дерева сундука, предназначенных для хранения вещей, стены украшены гобеленом, на которых изображены традиционные сцены из жизни знати: охота, празднество, группа монахинь.