Хаакен взял колчан, вынул одну из стрел и, потрогав наконечник, заключил:

– Отравленные.

Рагнарсон позаботился, чтобы об открытии было сообщено всем. Вскоре он увидел, что его войско тщательно укрылось за щитами.

– Бедняжка, – сказал Черный Клык, переворачивая трупик ногой. – Не хотел сражаться. Имел полную возможность выстрелить.

– Может быть, свет для него был слишком ярок? – предположил Рагнарсон, изучая черное облачко над утесом, похожим на лицо человека.

В течение следующего часа, по мере того как темнели небеса, Марена Димура выкурили из укрытий пару дюжин существ самых разнообразных форм. Несколько человек из войска Рагнарсона познали на себе, что значат отравленные стрелы. Представители маленького народца агрессивными не были, но, будучи загнанными в угол, яростно защищались.

– Потерпи и скоро ты узришь морды филинов, – заметил Рагнарсон, когда они добрались до природного каменного обелиска, намеченного им в качестве цели продвижения на этот час. – Некоторые с тебя ростом, но видом даже еще более отвратные – Если речь зашла об отвратных видах, то можешь взглянуть сюда, – произнес неожиданно мрачно Черный Клык.

Они нашли пропавших разведчиков.

Люди висели на металлических крюках, вогнанных под основания черепов. Плоть с лица, пальцев рук и ног разведчиков была соскоблена, сердца вырезаны, животы вскрыты, и внутренности висели до земли. На светлой поверхности одного из валунов кровью было начертано по-итаскийски: "Убирайтесь из Кавелина!"

– Это точно работа Шинсана, – прорычал Черный Клык.

– Должно быть, – согласился сэр Андвбур. – Фокусы Каптала такими мерзкими никогда не были.

– Надпись надо стереть, а все остальное показать людям, – сказал Рагнарсон. – Пусть проникнутся яростью отмщения.

Вид несчастных породил в сердцах воинов, и в первую очередь у Марена Димура, мрачную решимость. До сих пор они ограничивались тем, что выгоняли из укрытий робких созданий Каптала, теперь же они жаждали крови.

Вражеское сопротивление резко возрастало. Браги выслал на подмогу Марена Димура лучников и тролледингцев – последние должны были прикрывать стрелков щитами в случае неожиданного нападения. Приказав зажечь факелы и запалить костры, чтобы избежать малейшего риска, он еще больше снизил скорость продвижения.

Чуть позже, ожидая, когда тролледингцы очистят путь от банды укрывшихся за валунами и облаченных в доспехи существ с рожами филинов. Браги поинтересовался у сэра Андвбура:

– Когда здесь ляжет снег? Уже скоро?

– На этой высоте примерно через месяц.

– Скверно. Нам необходимо взять Майсак, пока им на помощь не пришла зима.

– Верно. Зимой мы не сможем продолжать осаду.

– Во всяком случае, не с нашими силами. Хаакен, распорядись, чтобы убрали те валуны. Мы не можем оставлять такую опасность в своем тылу.

Несмотря на усиливающееся сопротивление, люди Рагнарсона несли сравнительно небольшие потери.

Наконец полностью стемнело. Солдаты испугались колдовства, и Браги мало чем мог их успокоить.

Когда они приблизились к утесу, сопротивление вдруг полностью прекратилось. Рагнарсон приказал остановиться.

– С готовностью махнул бы всю свою долю добычи на одного боевого чародея, – пробормотал он. – Что прикажете делать? Даже во время войн никто не смог выковырнуть Каптала из крепости. А в то время он использовал в основном нормальные оборонительные приемы. Почему, спрашивается, он вообще опасается атаки с этого направления?

– Из-за пещер, – сказал сэр Андвбур. – Майсак стоит над их восточными выходами. Очень много входов в них и здесь, на западном склоне.