Однажды на уик-энд Филип вернулся из колледжа, я была наверху и наряжала Кристи в маленькое прелестное платьице.

– Ты делаешь это так, как будто занималась этим всю жизнь, – сказал он, стоя в дверях. На нем были серый пиджак, клетчатый галстук и что-то из студенческой символики.

– У меня есть некоторый опыт в этом деле. Ты видел Рэндольфа?

– Нет, мама долго рассказывала мне о планах предстоящего торжества, и я посчитал своим долгом подняться сюда, пожелать вам с Джимми успеха и узнать, могу ли быть чем-нибудь полезен.

– Быть полезен? Тебе следует побеспокоиться за состояние своего отца, ты странно себя ведешь по отношению к нему.

– Ах да, мама вскользь упомянула об этом. Могу я войти?

– Входи, – сказала я, не скрывая раздражения.

Он вошел и посмотрел на Кристи, она тоже внимательно с любопытством его разглядывала своими светлыми глазами, пока я ее расчесывала.

– Это Филип, скажи, пожалуйста: «Филип».

– Разве она уже может говорить? – спросил тот.

– Да, конечно, ей уже почти два года, она многое может, если захочет. Филип, – повторила я. Она замахала ручками. – Смеется над нами.

– Она красивая и очень похожа на мать, – отметил Филип.

Тем временем Кристи перебралась к игрушечному пианино и стала играть. Я наблюдала за реакцией Филипа.

– Здорово, – он зааплодировал.

– Филип, это очень серьезно, ты должен помочь своему отцу. Он исхудал, вокруг глаз темные тени, раньше он заботился о своей внешности, теперь же ходит грязный. Такого никогда с ним не было, он убедил себя в том, что бабушка Катлер жива, даже принял меня за нее.

– Это пройдет. Депрессия. Он скоро выйдет из этого состояния.

– Я думаю иначе. Но не буду пускаться в пространные разговоры относительно твоих сыновних чувств.

– Замечательно, – заулыбался Филип.

– Ты очень похож на свою мать, такой же.

– Я не собираюсь с тобой ссориться, Дон, и не думаю, что ты простила мне мои слова и поступки.

– Да, это так, – подтвердила я.

– Но я хочу заработать твое расположение. Да, действительно хочу, – всем своим видом он демонстрировал раскаяние.

– Что ты хочешь?

– Предоставь мне возможность быть тебе полезным, для начала – на твоей свадьбе.

– О чем ты?

– Я слышал, что Орман Лонгчэмп не может быть на свадьбе, я хотел бы быть вместо него свидетелем.

– Свидетелем?

– Я знаю, что Джимми не согласится, если не согласишься ты.

– Возможно, он все равно не согласится.

– Мне хочется, чтобы у нас были нормальные семейные отношения.

– Нормальные отношения, – я нервно засмеялась, – я даже не знаю, что это такое.

– Ничего, ничего. Меня это устраивает.

Я пыталась понять, насколько он серьезен. Возможно, он тоже устал от конфликтов и ссор. Возможно, он тоже забыл о нормальных семейных отношениях. Сколько семей живут в мире и благополучии, но для Катлеров это, по-видимому, недоступно. Он несколько изменился, выглядел старше и решительнее. Возможно, он был обязан этой переменой завещанию, оттуда ведь он узнал о том, что его дедушка спал с его мамой.