— Погоди, — продолжал он. — Мне лицо твое знакомо.

— Не имею чести знать, — твердо ответил я.

— А я тебя знаю! Ты со своей красавицей на лодке, помнишь?

Ну еще бы я не помнил!

— Во-первых, она не моя красавица, — осторожно начал я, сам забыв о собственном плане, но спохватился и добавил: — Она покамест совершенно свободна, если ты об этом. И советую поторопиться, если у тебя есть на нее виды, она девушка популярная… Во-вторых, это мы берега патрулировали, а весло уронили. Так и плыли по течению, пока в камышах не застряли. Знаешь, как нам за весло влетело?

— Вторым веслом? — спросил он совершенно серьезно, а я понял, что слишком много болтаю.

— Можно и так выразиться. Так что ты хотел?

Тут я подумал, что в случае чего смогу отбиваться только ромашками по лицу. А то если я ему в грызло дам, изуродую ведь. Я на голову выше и значительно массивнее, да и на орках натренировался. А дипломатический конфликт нам не нужен!

Лориэнец гнусно усмехнулся.

— Ну чего я от тебя хотеть могу? Установления дипломатических контактов, ясен мэллорн.

— Это пожалуйста, — ответил я с облегчением. — У нас всем наливают.

— Да ну, чего я за столом не видел? Лося вашего обсудят, потом Саурона, потом споют…

— У нас олень, — возразил я.

— Ничего страшного, — отмахнулся лориэнец. — Мы оленей всяких видали. Элронд-то с собой притащил личного менестреля. А потом…

— А потом танцы, — убедительно сказал я. — Мне сейчас Афадель надо найти, срочно, дело жизни и смерти, так что давай попозже выпьем, а?

К моему облегчению, он отстал. А я сломя голову кинулся к месту, где мы держали ягоды. И увидел, что там ничего нет, кроме чуть примятой травы…

И вот тут-то меня пробрала дрожь. Если кто-то из обслуги нашел корзинки и решил, что это приготовлено к столу, то нам с Афаделью нужно бежать… ну я не знаю, в Морию, что ли, к балрогу, он не так страшен, как король наш Трандуил в гневе. Особенно если у него самого уши отрастут: он гордится их формой, я точно знаю, он сам сказал, когда мы укурились.

Крадучись я вернулся к столу. К счастью, большинство присутствующих уже набралось дармового вина: Келеборн покачивался на своем стуле, мирно улыбаясь, Галадриэль то и дело убирала прядь волос за ухо и хихикала… не замечая, что ухо заметно удлинилось. Король наш Трандуил тоже был не дурак выпить, но он к этому пойлу привык, поэтому на эволюции ушей Владычицы взирал с некоторым недоумением. Потом, видимо, решил, что ему уже хватит, и отставил кубок. И закусил. Ягодкой.

Я в ужасе выдернул Афадель из-за стола, и мы задали стрекача: по выражению моего лица она поняла, что случилось страшное.

— Орки! — крикнул я на всякий случай, и к нам зачем-то присоединился тот лориэнец. И Леголас. И еще эльфов пятнадцать.

И все мы понеслись по лесу в полной темноте, не разбирая дороги. Первым бежал олень.

Я так думаю, ему тоже перепала ягодка-другая, только у него удлинились не уши, а рога. У владык рога не удлинились по причине их отсутствия. Что ж, будем знать. Но пока это знание мало чем помогало. Захватывающий бег в темноте закончился на краю болота, очень знакомого нам болота… У меня блеснула надежда.

— Половина туда, половина — сюда, — крикнул я громко, — возьмем их в кольцо.

Пятнадцать эльфов и один Леголас тоже неплохо угостились на пиру, хотя ночной ветерок отчасти выдул из голов хмель, поэтому не стали рассуждать и с двух сторон взяли болото в клещи. По крайней мере, я так думаю, потому что мы-то никуда не побежали, а быстро направились к хорошо знакомому месту, за ягодами.