Морин уже открыла рот, чтобы заявить, что уже не любит Дона, но тут же покрепче сжала губы. Если Алан догадается, что она любит его, он тут же использует свое знание против нее, она попадет в зависимость от него.

— Ты, кажется, что-то хотела сказать? — нарочито мягко поинтересовался он.

— Нет.

Алан пальцем приподнял ее лицо за подбородок и внимательно посмотрел ей в глаза.

— Ты будешь вполне обеспечена материально, — добавил он.

— Это намеренное оскорбление?

— Вовсе нет. Большинство женщин были бы счастливы занять высокое социальное положение в обществе и разбогатеть.

— Ты действительно считаешь, что в браке можно жить счастливо без любви?

— А ты? — спросил он после недолгого молчания.

— Нет. Хотя думаю, что найдется множество женщин, которые не согласятся со мной. Не беспокойся, ты не останешься без жены. Ты легко отыщешь себе честную, замечательную жену, которая к тому же будет любить тебя.

Резко отвернувшись, Морин шагнула в сторону кровати, но тут же ухватилась рукой за комод. У нее вдруг снова закружилась голова. Под ладонь попало что-то твердое. Опустив глаза, она увидела, что это бриллиантовый кулон. Пропади он пропадом! Схватив кулон, она яростно швырнула его в Алана, но тот даже не попытался уклониться или поймать украшение.

— Я никогда не выйду за тебя замуж! — крикнула Морин. — Ты не доверяешь мне! Так почему я должна верить, что ты станешь хорошим мужем мне и хорошим отцом моему ребенку? Если вообще будет ребенок!

Алан схватил ее за плечи и заглянул ей в глаза.

— Я не сомневаюсь, что легко найду себе подходящую жену. Вокруг меня всегда было много прекрасных женщин. Но ни у одной из них нет таких прекрасных синих глаз с длинными черными ресницами, такой нежной шелковистой кожи… Никто не способен рассмешить меня так, как ты, или довести до белого каления.

— И никто из них не умудрился забеременеть от тебя, — добавила она убито.

— Только не плачь.

Алан нежно коснулся губами ее закрытых глаз, под которыми закипали слезы, потом губ, подбородка, висков. Морин стояла как деревянная, не шевелясь, боясь вздохнуть или вздрогнуть под его поцелуями. Наконец он поднял голову, чтобы посмотреть на нее.

— Ты можешь заставить меня хотеть тебя, — сказала она упрямо. — Но я все равно не выйду за тебя замуж.

Взгляд Алана снова стал жестким.

— Ты выйдешь за меня замуж, даже если мне придется силой тащить тебя под венец. Я слишком хорошо представляю себе, что значит расти без отца. Мой ребенок вырастет в полной семье.

Морин уже с трудом держалась на ногах. Вся кровь отлила от ее лица, и она вдруг пошатнулась, но Алан мгновенно подхватил ее на руки. Ощущение ее послушного, мягкого, гибкого тела волновало его даже сейчас, когда ему казалось, что он ненавидит и презирает ее. Морин выглядела сейчас такой маленькой и хрупкой; ему хотелось прижать ее к себе, утешить, защитить.

Вот только она не желала, чтобы он ее защищал.

— Я не потеряю сознание, — произнесла Морин сквозь зубы, бросив на Алана яростный взгляд. — Я еще никогда не падала в обморок, и из-за твоего ребенка тоже не упаду. Если ребенок есть.

Ее отчаянное упорство заставило Алана улыбнуться против собственной воли. Он крепче прижал Морин к себе, не в силах отвести глаза от ее бледного и заплаканного, но все равно такого прекрасного лица.

Морин чувствовала, как, несмотря на головокружение, от его близости пробуждается в ней желание.

— Отпусти меня, — потребовала она шепотом.

Алан продолжал держать Морин на руках, глядя ей в глаза.