|
— Альбус, давай я тебя сейчас убью? — ласково проговорил я.
— Ну, ступил я, что убивать-то сразу. Мы вообще где?
— Это ты у меня спрашиваешь?! Нужно было у Минервы спросить, прежде чем сюда соваться! — я как-то незаметно перешел на крик.
Собственно, мы с Альбусом находились… в Нигде. Другим словом это описать было нельзя. Вокруг нас была пустота. Черная пустота. Она была везде: вокруг нас, сверху, снизу. Мы словно висели в этой пустоте. Сначала я подумал, что ослеп, но спустя какое-то время понял, что это не так, потому что Альбуса я видел идеально. Я попробовал пойти и, к моему удивлению, это получилось. Я чувствовал, что иду по твердой поверхности, но ощущения были такими, будто я иду по тонкой проволоке, натянутой над пропастью. Судя по неуверенным шагам Альбуса, он чувствовал то же самое.
Время не ощущалось. Может быть, прошло пять минут, а может и пять часов. Спустя Время блуждания по Нигде прямо у нас перед глазами появилась золотая табличка с алыми буквами: «Заблудились?». Мы с Альбусом переглянулись:
— Глюк? — деловито уточнил Альбус.
— У обоих сразу? — недоверчиво спросил я. Повернувшись к табличке, мы вместе произнесли:
— Да.
— «Чего вы хотите?»
— Выйти отсюда.
Табличка раздвоилась, образовались стрелки с вопросами: «Назад?», «Вперед?».
— Что тут думать, назад идти надо. Раз предлагают, — решительно произнес Альбус. Я мысленно с ним полностью согласился.
Табличка с надписью «Вперед» исчезла. Табличка «Назад» приняла объемные очертания и показала направление позади нас. Мы резво обернулись, но ничего не произошло. Нигде так и осталось. Мы синхронно обернулись обратно к табличке, которая изменила надпись. Теперь ее украшала фигура из оттопыренного среднего пальца и надпись: «Ха-Ха».
— Альбус, ты сейчас думаешь о том же, о чем и я? — чересчур ласково спросил я.
— Если ты о том, что профессор трансфигурации немного перегнула палку, то я помогу тебе спрятать труп.
Тут табличка исчезла и перед нами начала образовываться дверь. Мы долго на нее смотрели, прежде чем решились открыть. Поняв, что ничего другого происходить не собирается, мы все же открыли эту дверь и вместе шагнули через порог.
И оказались в пустой комнате. Обернувшись назад, обнаружили, что дверь исчезла. Посреди небольшой комнаты стояло старинное зеркало в странной раме. Поверху была выгравирована вязь рун. Я подошел ближе и прочитал: «Еиналеж». И что это означает? Это слово нам ни о чем не говорило. Дамблдор решил осмотреть комнату получше, а я решил посмотреть на свое отражение. То, что я увидел в зеркале, заставило меня вытаращить глаза и чуть не заорать. На меня смотрел в общем-то я. Но выглядел как-то не очень. Желтое лицо, седеющие грязные волосы. Местами залысины. В одной руке я держал метлу, в другой зажал снитч. Сзади меня стояла Эванс. Одной рукой она меня обнимала, в другой держала свиток, где было написано, что я назначен преподавателем Защиты от Темных Искусств. А еще у меня на груди был орден Мерлина. От неожиданности я истерично закричал:
— Альбус, оно ужасы показывает!
Крестный подбежал ко мне, а я отошел в сторонку.
— Я бы не сказал, что это ужасы, но отдых на пляже со знойными красотками — это не предел моих мечтаний.
— Если бы на их месте были брутальные мужики в коже, то я бы сказал, что оно демонстрирует твое самое сокровенное желание.
— А тебе оно что показывает? — с любопытством спросил Альбус.
— Я с Эванс, с метлой, веду у тебя ЗОТИ и награжден очередным орденом Мерлина. |