Книги→ Фэнтези → О. Шеллина → Дневник →страница 240

Изменить размер шрифта - +

Мерлин, девочка моя, как же ты патронус вызвать сумела? Ты же у меня светлая.

Аппарировал я домой прямо из своей комнаты. Сна не было ни в одном глазу.

Сразу после моего появления в гостиной, на меня налетела моя жена, и, захлебываясь слезами, попыталась мне что-то рассказать. Из ее бессвязной речи я мало что понял. Только покрепче прижал ее к себе, неловко гладя по голове. Я совершенно не умею успокаивать плачущих женщин. Когда поток слез пошел на убыль, я слегка отодвинул вцепившуюся в меня Фрай и сказал:

— Собирайся, я тебя сейчас отправлю к Филиппу. Там свяжешься с моей мамой. В его доме, да под такой охраной ты будешь в полной безопасности.

Фрай посмотрела на меня своими глазищами и, вцепившись еще крепче, отчаянно замотала головой. Ей было страшно, очень страшно. Я не знал, как ее успокоить. Поэтому, после минутного колебания, сделал это древним как мир способом. Когда все закончилось, Фрай перестало трясти, и она прижалась ко мне с легкой сонной полуулыбкой.

— И даже не возражай, я не хочу еще и за тебя волноваться. Поверь, проблем у меня достаточно. А теперь будь хорошей девочкой собирайся, — я позволил ей немного подремать, затем продолжил, прерванный столь пикантным образом, разговор. Она только отмахнулась, но я быстро поднял жену на ноги и задал направление, легко хлопнув ее ниже талии. Сборы были недолгими. Отправив все еще вяло сопротивляющуюся Фрай во Францию, я аппарировал в Министерство.

Спустившись на нижний этаж, я на минуту замер перед входом, не решаясь войти внутрь. Затем, глубоко вдохнув, шагнул в Отдел Тайн.

Копоть на стенах, разрушения. Всюду валялись обломки, образующие полноценные завалы. При более детальном осмотре я выяснил, что помещения были разрушены не все. Мой кабинет, к примеру, не подлежал восстановлению, так же как и остальные кабинеты и административные помещения. Некоторые лаборатории, особо секретные и прилегающие к ним залы, вроде зала с пророчествами, остались целыми.

Тела, точнее то, что от них осталось, я нашел в одном большом зале, используемом нами для проведения общих совещаний, конференций и других подобных сборищ.

Голова закружилась, и я выскочил из Отдела с трудом переводя дыхание, к горлу подступила тошнота. В коридоре я нос к носу столкнулся с Главой департамента магического правопорядка Амалией Боунс. Она держала в руках пергамент, постоянно вздыхала, в ее глазах стояли слезы.

— Амалия, что здесь произошло? — мой голос звучал глухо.

Она уставилась на меня, а затем завизжала, выронив свиток. Я поднял пергамент и увидел, что это список моих сотрудников, работающих непосредственно в Министерстве. Все сто пятьдесят фамилий, кроме двух, Фрай и Хагрид не проходили не по одному реестру. Фактически они в Отделе не работали.

Первой строкой стояло — Тобиас Фолт. Напротив имени был нарисован крест.

— Это что? — у меня появилось просто дикое желание встряхнуть все еще кричавшую женщину, — Амалия, возьми себя в руки!

— Ты же мертв! Все кто есть в этом списке — мертвы!

— С чего ты взяла?

— Согласно документам, ты находишься в том зале!

— Согласно каким документам?

— Жетоны — пропуска. По базе данных, все кто сейчас числится в этом списке, прошли в Отдел, из него никто не выходил. Все жетоны после взрыва появились у меня на столе. Ты же сам настаивал на подобной мере предосторожности, чтобы сразу среагировать на гибель владельца жетона! Именно так мы и поняли, что что-то случилось. — Амалия разрыдалась и по стене опустилась на пол, закрыв лицо руками. Я сел рядом.

Я прекрасно понял, почему я нахожусь в этом списке. Пару месяцев назад ко мне на стажировку поступил молоденький перспективный паренек. Я его имени даже не помню. Я был назначен его куратором.

Быстрый переход