|
Я был назначен его куратором. Немного приглядевшись к нему, я позволил мальчику делать все, что он хочет в этом Отделе, в пределах разумного.
Оформление документов занимает около полугода, с тем уровнем доступа, что был у меня. Я мог спокойно аппарировать в Министерство и в кабинеты, не проходя службу досмотра, которую давно уже пора переделать. Чтобы он не отвлекал меня по пустякам, когда хотел куда-то пройти, я просто отдал ему свой жетон, до того момента, пока ему не выдадут личный. В списках сотрудников он пока не числился. Оказывается тех, кто не входил ни в одни списки, было трое. Фактически, я сам дал ему пропуск на тот свет.
Тут я похолодел: из бессвязной речи Фрай, я понял, что она была в Отделе во время взрыва. Когда протрубили общий сбор, жена побежала искать меня, ведь она прекрасно знала, что сегодня квиддич и я просто так в выходной день находиться в Отделе не мог. Тем более всех остальных вызвали из дома. Когда она нигде в Отделе меня не нашла, она побежала к Малому залу и тут, прогремевший взрыв, волной отбросил Фрай в сторону выхода.
Все жетоны были привязаны к Амалии именно на случай ночи или выходного дня, когда в Министерстве почти никого не было.
Бедная женщина: сидела, обедала, вероятно, а тут перед ней на столе появляются все эти жетоны.
Я с силой ударил кулаком об пол. Амалия вздрогнула и перевела взгляд на меня.
— Почему все оказались в одном зале? — прошептал я.
— Пришло оповещение от твоего имени по громкой связи, чтобы все сотрудники твоего отдела прошли в зал совещаний. Вопросов ни у кого не возникло, сам понимаешь, смена руководства — новые порядки. Через десять минут случилось то, что случилось, — и она снова разрыдалась, — Тобиас, здесь было сто пятьдесят человек. Они были гении, почти все. Как же теперь? Они незаменимы, понимаешь, незаменимы!
Понимаю. Но я не понимаю одного: зачем? Я устало потер лицо руками.
— Саперы уже были?
— Кто такие саперы? — она удивленно посмотрела на меня.
— Тьфу ты, аврорат уже здесь работал?
— Да.
— Они сообщили что-нибудь?
— Нет. Они сказали, что это не наше дело и чтобы мы в него свой нос не совали.
— Ладно, иди к себе в отдел. Собери всех кого сможешь, и начинай оповещать родственников. Извини, если прошу тебя о таком, но мне просто некого больше.
— Конечно, — Амалия встала и направилась по коридору к выходу. Ее плечи все еще вздрагивали — она ни на секунду не переставала плакать.
— Амалия, прошу тебя — постарайся сделать так, чтобы никто об этом не узнал. Я имею в виду массы. Это секретный отдел, сама понимаешь. — Она смерила меня взглядом и произнесла:
— Я все сделаю. Только я сомневаюсь, что Отдел Тайн продолжит свое существование.
— Пока жив хоть один человек — будет жив Отдел. Я в состоянии справиться с этим. — Я постараюсь, я буду очень сильно стараться.
Она кивнула и вышла.
А мне сейчас срочно нужно кого-нибудь убить.
Какого хрена эти авроры себе позволяют?! Кто там главный сейчас? Руфус Скримджер? Все, пиздец тебе пришел. Нос говоришь не совали? Я тебе сейчас твой же нос тебе же в задницу засуну! Ты у меня всю жизнь фальцетом разговаривать будешь, козел!
Я аппарировал на второй этаж сразу к входу в Аврорат. И ногой открыл дверь.
Только потом уже, после, я задумался о том, как мне это удалось? Потому что эти двери открывались наружу.
— Что, суки, не ждали, что я выживу?! Где этот использованный презерватив?!
— Ты вообще кто такой?! — заорал на меня какой-то невысокий и очень самоуверенный парень, наставляя на меня палочку. Долго он не геройствовал — устал и лег отдохнуть у ближайшей стеночки. |