Книги→ Фэнтези → О. Шеллина → Дневник →страница 428

Изменить размер шрифта - +
Что-то типа туннеля.

Рей с Гермионой проскочили первыми. Я испытал просто какое-то непередаваемое облегчение, когда в середине нашей прогулки заметил, что они шли вместе, держась за руки, и о чем-то оживленно переговаривались. Я всегда опасался только одного, что Гермиона не сможет ответить Рею взаимностью. А то, что он испытывает к ней нечто, далекое от действия магии крови, знали уже, похоже, все, кроме этих двоих. Женить же своего лучшего друга на девушке, которая его ненавидит, даже ради спасения его жизни я бы не смог. Сомневаюсь, что такую жизнь можно назвать счастливой. Как бы не велико было бы мое горе, но такой подарок я ни за что Рею бы не сделал. А тут… Видя, как девушка чуть ли не виснет на Мальсибере, я понял, что эта пара действительно сможет стать счастливой.

Следом за ними прокатились мы с Фрай. А потом нашему примеру решил последовать Андре. С криком: «Счастливого Рождества» он поехал по трубе и застрял. Где-то практически в самом конце, судя по тому, как торчали его ноги из этой самой трубы. Картина была просто неописуемая.

— Ребята, кажется, я застрял, — как-то жалобно прокричал Андре.

После этих слов мы практически упали на снег, задыхаясь от смеха. Причем валялись не только мы, но и родители, которые следили за своими драгоценными детишками. Несколько из этих самых ребятишек, стоя на верху этого монументального сооружения, по недоразумению названного горкой, не могли видеть, что происходит в самом низу и с веселыми криками начали спускать по этой самой горке вниз.

— Что за черт! — закричал мой секретарь, когда ему на голову начали падать дети. — Да вытащите меня уже отсюда!

Но мы не могли. Ни мы, ни родители. Даже испуганно завывающие дети не могли успокоить смех, раздававшийся на детской площадке в ту ночь. Первым опомнился Мальсибер и подошел к торчащим ногам. Дернул раз — ничего. Второй — тот же результат. К его усилиям присоединился Эван, и теперь они начали вытягивать несчастного вдвоем. Дважды ничего не получалось. Кое-как мы вытащили его втроем, и то не с первого раза. Следом за Андре вывались перепуганные и одновременно счастливые дети прямо в руки Мальсиберу. Решив, что это новое развлечение, они заявили, что это их новая лошадка, и они хотят на нем покататься. Родители опешили и хотели уже образумить своих разыгравшихся чад, но Мальсибер махнув рукой, ничего страшного, мол, посадил одного ребенка к себе на плечи. Другого подхватил Фернандо.

Гермиона посмотрев на Андре, вновь начала смеяться и сквозь смех выдала:

— Какая это Золушка? Это самая настоящая сказка про репку.

Ночь подходила к концу. Мы вернулись в поместье. Рей с Гермионой остались на улице. Наверняка созвездия разглядывать, а как же. Спустя несколько минут я вышел на улицу и махнул Рею рукой. Пора. Нужно возвращаться в школу. Мальсибер кивнул и, в последний раз поцеловав девушку, подошел ко мне.

— Сев, я не могу, — тихо проговорил он.

— Что ты не можешь? — я смотрел на него.

— Ты знаешь, что эту ночь в ее памяти нельзя оставлять. — Я кивнул и закрыл глаза. Можно ли считать, что все сегодня было напрасно? — Я не буду рисковать, Сев. Я не менталист — я ликвидатор. Такая тонкая работа мне не под силу.

— Рей. Это всего лишь Обливиэйт.

— Я не могу, Сев! — практически прокричал он. Я продолжал на него смотреть. — Что ты хочешь, чтобы я тебе сказал? Что? Что я влюбился как пацан в пятнадцатилетнюю девочку?

— Шестнадцать.

— Что шестнадцать?

— Ей сейчас шестнадцать. Ты не забыл, что она один год прожила за два? Рей, ей семнадцать будет меньше, чем через год. Не нужно себя считать извращенцем.

Я развернулся и пошел в направлении оставшейся одиноко стоять девушке.

Быстрый переход