|
Глава 5. Уроки вождения
«28 ноября 1995 года.
Мы с Малфоем продолжаем периодически напиваться. Не каждый день, упаси Мерлин. Просто те дни, когда мы не пьем, мы сидим безвылазно в моих апартаментах и восстанавливаем здоровье. Хорошо еще, что белобрысый больше не сопровождает меня на уроки, а то еще одно такое занятие я провести буду не в состоянии.
Во время одних из субботних утренних посиделок к нам в комнату просочился Кровавый Барон. Осмотрев наши помятые рожи, Барон скривился. Я не выдержал.
— Не нравится, не смотри!
— Не нравится. Но я пришел не для того, чтобы нотации читать. Вы все еще являетесь деканом факультета Слизерин. Но меня сейчас волнует один вопрос, вы сами-то об этом помните?
— Я тебя не понимаю, — пробормотал я, прикладывая ко лбу завернутый в полотенце лед. Видимо, вчера стены, повстречавшиеся на моем пути, были очень крепкими.
— Что же здесь непонятного? — Барон даже удивился. — Слизеринцы не привыкли к отсутствию вашего внимания к ним. Они встревожены и опасаются за состояние вашего здоровья.
— И что? — я очень плохо соображал, в голове гудело, а глаза стремились сами собой закрыться.
— На очередном совете факультета было принято решение вернуть факультету его декана. И действовать ученики вашего дома намерены довольно экстравагантно.
— И что они собираются сделать? — вяло поинтересовался лежащий в кресле Малфой.
— О, они собираются сделать все, чтобы вывести вас из себя. Не брезгуя ничем.
— Пусть развлекаются, — я махнул рукой.
— Значит, вам все равно, — процедил Барон.
— Какая удивительная наблюдательность.
— Вы хоть на игру соизволите пойти?
— На какую игру?
— Сегодня квиддич!
— Терпеть не могу квиддич, — я поморщился. — Монтегю сам справится.
— А вы разве не хотите посмотреть на игру своего сына? — обратился Барон к Малфою, который выглядел еще хуже меня. Во всяком случае, цвет его лица был немного зеленее. Я, по крайней мере, на это надеялся.
— Я верю в него, — пробубнил Люциус и закрыл глаза. — Я мысленно нахожусь рядом с ним и всячески поддерживаю.
— Ваше поведение просто выходит за рамки моего понимания, — Барон начал повышать голос. — Неужели вам все равно, что сделают в итоге эти дети и что они могут получить в итоге? А юный Малфой? — пытался достучаться уже до нас обоих несчастный Кровавый Барон, который, видимо, очень сожалел, что не может подтвердить своего прозвища, показывая, за что именно его так прозвали.
— Ни-че-го. Ничего они не получат. Это не те змеи, что по углам жались при виде своей тени. У этих бесстрашия не занимать.
— Вы хотели сказать — наглости?
— Не без этого.
— Да-да… Драко в последнее время очень бесстрашный.
— Почему? — я слегка удивился. Не думал, что он встречался со своим сыном за эти полтора месяца. Или месяц? Не помню.
— Ему надоело, что никто не знает, где его отец, и он решил вразумить Цисси на предмет меня простить.
— Безрезультатно, как я вижу.
— Отнюдь. Когда Драко спросил ее, где папа, и не получил никакого вразумительного ответа, он впал в истерику и заявил, что это она виновата в том, что Лорд меня убил, — Малфой усмехнулся.
— А она? — меня впервые за последнее время что-то заинтересовало.
— А она подняла на уши весь Отдел. |