— Обещаешь ли ты, Северус, присматривать за моим сыном Драко, когда он попытается выполнить волю Темного Лорда?

А между тем фоном у меня в ухе бормотал Лорд. Все-таки хорошо, что я научился разделять потоки сознания, как это делает Эван и мастерски научившийся тому же Рей. Я оказался в отстающих по скорости, но по качеству сразу же догнал Мальсибера.

— Драко, ты ведь сделаешь все, что в твоих силах, чтобы выполнить волю Лорда Волдеморта?

— К-конечно, мой Повелитель, — голос Драко звучал напряженно, но не напугано. Молодец, кремень — весь в мать.

— Обещаю, — произнес я, пока всё идет нормально.

Тонкий сверкающий язык пламени вырвался из волшебной палочки, изогнулся, словно окружив наши сцепленные руки докрасна раскаленной проволокой.

— Обещаешь ли ты всеми силами защищать его?

— Обещаю, — это нормально, это логично, это то, чем я всю сознательную жизнь Драко занимаюсь.

Второй язык пламени вылетел из волшебной палочки и обвился вокруг первого, так что получилась тонкая сияющая цепь.

— Ты ведь сделаешь всё возможное, Драко, чтобы уничтожить этого магглолюбца, директора Хогвартса Альбуса Дамблдора.

— Да, мой Лорд, я сделаю всё от меня зависящее.

Да! Вот оно! Мне даже придумывать ничего не придется. Ну действительно, откуда Лорду знать, что директором Хогвартса, практически со второй половины прошлого учебного года, является Северус Снейп, если сам Северус узнал об этом буквально на днях. Я сейчас могу пообещать всё что угодно. И если крестный вновь решит стать директором, когда-нибудь, то мне придется его убить, хотя нет, не придется. На волю покойника, которым, в конце концов, станет Лорд, никакие Обеты не распространяются, так что возможны варианты.

— А если понадобится… если станет ясно, что Драко не сумеет… обещаешь ли ты выполнить за него приказ Темного Лорда?

На мгновение наступила тишина. Беллатрикс широко раскрытыми глазами смотрела на нас, касаясь волшебной палочкой наших сплетенных рук.

— Обещаю, — сказал я, испытывая при этом какое-то иррациональное облегчение.

Охреневшая от моей покладистости Белла, позволила Нарциссе себя утащить. А я, усыпив Хвоста, принялся ждать продолжения.

Пока я ждал, мне успели сообщить, что Фадж, занявшись непотребством, начал арестовывать всех подряд, даже кондуктора Ночного Рыцаря не пожалел. Вскоре к нашим переговорам присоединилась Гленда, которая сообщила, что Фадж подал в отставку, благодаря успешной дискредитации министра в прессе и что скоро состояться выборы, главным претендентом на пост министра в которых является глава Аврората. Я хмыкнул. Я говорил уже, что никому ничего не прощаю, а Скримджер что-то уж очень много мне задолжал. Сомневаюсь, что мои ребята со мной не согласны.

Продолжение начавшегося представления вскоре явилось в лице взбешенной леди Малфой.

Нарцисса ворвалась в дом и, с грохотом захлопнув дверь, начала подходить ко мне, вытаскивая на ходу палочку.

— Где Малфой?

— Цисси, дорогая, Люциус сейчас сидит в тюрьме, — я начал судорожно пытаться придумать что-нибудь правдоподобное. В наушнике раздался здоровый смех, относительно молодых, скучающих мужиков.

— Значит, по-твоему, в Азкабане можно колдовать? — продолжала надвигаться на меня Цисси.

— Э-э-э…

— Значит, заключенным оставляют их палочки?

— Ну… Вот Сириус же как-то…

— Молчать! Получается, что сидя в Азкабане, можно посылать свои патронусы, говорящие заплетающимся языком: «Цисси, солнышко, со мной все в порядке, я с тобой мирюсь, вот.