Орал я долго и как оказалось в пустоту. Альбус только смотрел на меня с самым невинным видом и молча улыбался. Мне даже захотелось совершить гадость и, так же улыбаясь, сообщить крестному, что на правах действующего директора, я тоже хочу заниматься ничегонеделаньем, а его самого заставить вести эту гребанную защиту. Ведь как же он хорошо устроился, подобрал себе замов, и сейчас Минерва носится вместе с Филчем и всё проверяет, восстанавливает, занимается письмами, разговорами с родителями магглорожденных детей, а Альбус развлекается.

Правда, он довольно ответственно подошел к делу подготовки Поттера к предстоящему будущему и что-то начал химичить в новом думосборе. На мой вопрос, что он собственно делает, крестный отмахивался и говорил, что пока материал есть. А когда понадоблюсь я, то он все расскажет. Я просто плюнул на это. Главное, чтобы не переборщил ни с чем, а то его привычка впадать из крайности в крайность начинает доставать.

Видимо Альбус действительно начал заниматься мальчишкой и начинать готовить его к небольшим трудностям. Его идея сбросить Поттера в болото перед домом Уизли мне понравилась. Я бы после этого на месте мальчишки задал себе вопрос, а так ли хорош и адекватен мой любимый Дамблдор, сделав акцент на второй характеристике? Но Потер себе таких вопросов не задавал. Я вообще сомневаюсь, что он себе какие-то вопросы задавал, кроме одного: а чем Снейп в это время занимается? Не удивлюсь, если он сам себе на них и отвечал. Чем бы его любимый профессор ни занимался, этот самый профессор будет во всем виноват. Мне иногда кажется, что у Поттера сложилось странное представление о том, что Лорд — это так, неизбежность, а реальное зло — это Снейп. А может он думает что Снейп и Лорд одна личность? А что, шизофрения нынче в моде. Мне вот только непонятна его какая-то патологическая зависимость от меня. Ведь кроме уроков, я почти нигде с ним не пересекаюсь. Странный он — этот Поттер. Или это у него наследственное? Его родители тоже без меня просто прожить не могли, особенно когда в этом же возрасте что и Гарри были.

Мне стало смешно, слушая объяснения и рассказ Альбуса. Не удержавшись, я поинтересовался сквозь стиснутые зубы:

— Значит, ты считаешь, что двойная аппарация — это нормально, когда тебе нужно к Слагхорну заглянуть на чашку кофе, а вот когда Поттера нужно перевезти из дома тебе это не подходит? Нужно же табор собирать и на метлах лететь, романтика мать твою, волшебницу. Видимо, чтобы Поттер наслаждался своей значимостью. Как же, столько человек в охране. У любого такой подход выработает манию величия. А что сам-то не летел? Метла не твоя стихия?

— Ты что завелся? — без каких-либо открытых эмоций поинтересовался крестный. — Я не могу же все время сопровождать Гарри.

— То есть, ты считаешь, что никто другой в твоей свите не способен к двойной аппарации? Тогда зачем ты их держишь? Защитники, судя по всему, из них никудышные. Или у тебя отбор только на умении летать на этих палках с вехоткой на конце строится?

— Спасибо потом еще скажешь, — рявкнул он. — В любой ситуации нужно готовиться к спектаклю. Мало ли какую партию нужно будет сыграть!

— А что ты не предложил всем тогда его под обороткой сопровождать? А что, куча Поттеров — самая надежная охрана самого Поттера. И главное, все друг друга охраняют. В небе особо не отличишь, где настоящий экземпляр, а где подделка, — я до сих пор не мог смириться, что теперь придется преподавать ЗОТИ. А глядя на довольное лицо Альбуса, мне хотелось кого-нибудь убить. Надеюсь, старшекурсников не размажет по стенке, если их профессор будет не в духе.

— Ты яд свой в баночку слей, вдруг пригодится, — все еще сияя, дал совет заботливый крестный. — И эту мыслишку запомни, ну или напиши на бумажке — вдруг тоже пригодится.