И я аппарировал. Уж не знаю почему, но мне захотелось увидеть мать.

Меня всегда поражало мое чувство своевременности. Вот за каким хреном я потащился во Францию именно сейчас?

В доме на Лазурном берегу, где мать любила проводить время, было тихо. Это было странно, учитывая, что на дворе был теплый летний день. Я быстро прошелся по комнатам. Никого. Ни людей, ни эльфов. Почувствовав легкое беспокойство, я просто ворвался в спальню. В следующую секунду я стоял на пороге с выпученными глазами и не в силах вымолвить ни слова.

Мама сидела перед зеркалом, одетая во что-то воздушное и расчесывала свои длинные черные волосы, но не это вогнало меня в ступор. Столбняк напал на меня при виде мужчины лежащего на кровати. Очень знакомого мужчины. И очень раздетого. То есть, раздет ли он был полностью я не знал, так как его бедра закрывало легкое одеяло, но вот верхняя половина тела была у него полностью обнажена. Каким-то не заклинившим участком сознания, я отметил, что он в прекрасной форме, не смотря на возраст.

— Когда-то ты предлагал мне поэкспериментировать, если на то будет мое желание, — у меня в голове вертелась одна мысль: это моя мать! Точнее мысли было две, вторая звучала еще проще — я хочу его убить! Как они могли у меня за спиной?!

— Сев, я разве никогда не учила тебя стучаться, перед тем как врываться в чужие спальни? — мама опять повернулась к зеркалу и в руку расческу.

— Вы, вы… — больше слов у меня не находилось. — Да как вы могли?!

— Северус, — этот… этот… встал, обернув одеяло вокруг бедер. — Пойдем поговорить нужно. Пойдем-пойдем. — И он буквально вытолкнул меня из комнаты в коридор.

Протащив меня в гостиную, он буквально швырнул меня в кресло и через пару десятков секунд впихнул бокал с коньяком в мои дрожащие руки. Я выпил, не чувствуя вкуса. И начал, наконец, думать.

Нет, я не против того, что мама не похоронила себя вместе с Тобиасом. Она все еще очень красивая женщина. Я тем более не против, что его привлекают не только мужчины, но и женщины, хотя он никогда не скрывал своей бисексуальности. Но, когда я задумался о том, что они вместе, на меня просто нахлынула волна ярости.

— Успокойся, — он говорил как обычно спокойно и чуть насмешливо.

— Для меня всё это как-то слишком, — мой голос звучал жалобно.

— Я понимаю, просто прошу тебя, не веди себя как обиженный мальчишка, хотя, о чём это я? Ты и есть обиженный мальчишка.

— Вы вообще меня в известность поставить собирались? Или это был большой сюрприз.

— Я хотел. Но Эйлин примерно предполагала вот такую неадекватную реакцию у тебя и попросила не торопиться. Пойми, я тебя очень люблю, но Эйлин. Никогда не думал, что могу влюбиться как мальчишка, — он вздохнул.

— Когда вы… Мерлин, — я с силой провел рукой по волосам. — Когда вы стали парой?

— Практически сразу после того, как Эйлин вернулась из Египта, вскоре после той твоей безобразной выходки, когда мы все думали, что поседеем.

— Так вот почему она меня игнорировала? Не хотела рассказывать про тебя?

— Я не знаю, Севи. Иногда я этого боюсь. Боюсь остаться для неё просто небольшой пикантной тайной.

— И что дальше?

— Дальше? Дальше я хочу сделать ей предложение. Надеюсь, что меня не пошлют.

— Да нет, не должна. Она не подустила бы тебя настолько близко, если бы не была в тебе как минимум заинтересована.

— Ты успокоился?

— Да, похоже на то, но это не значит, что я не хочу отправить тебя в Афганистан, налаживать дипломатические отношения с горными троллями.