— Что она вам говорила?

— Мы мало говорили. Она мне сначала не поверила.

— Но вы же сумели ее переубедить в том, что вам можно как минимум доверять? — совершенно спокойно спросил Эрнест. Вид у него был отрешенный. Видно было, что он анализирует ситуацию.

— Да. Я убедил ее, что здесь Алису ждет сын. Как вы и говорили, она зацепилась за это.

— Хорошо. Говорите сильная стена и вам ее не пройти? А ей?

— Она сломалась под моим ударом. Сомневаюсь, что сама Алиса в состоянии ее пробить.

— Да, судя по ее возбужденному состоянию, она пытается это сделать. У меня есть идея. Нужен шок. И чем сильнее он будет, тем лучше. Это мобилизует все силы и тогда она, возможно, вырвется из своего плена. Женщины всегда были сильными. У вас есть идеи на этот счет?

— Нужно задействовать Невилла. Он же единственное, что у нее осталось, — задумчиво проговорил Рей.

— Тогда можно просто показать ей, что мальчик нуждается в ее защите, лучше как-то смоделировать ситуацию, схожую с той, что привела ее, в конечном счете, сюда в эту клинику, — подхватил идею доктор.

— Вы что хотите пытать парня при ней?

— Нет. Если вы не заметили, реальность она не воспринимает. Нужно именно показать. Вложить в память картинку, если вы говорите, что там лабиринт воспоминаний. Просто откройте свою дверь.

— Как это показать?

— Просто показать как воспоминание. Мистер Мальсибер говорил мне, что Вы способны сделать это.

— Да, могу, — я задумчиво провел пальцем по губам. — А ситуацию даже моделировать не нужно. Рей, пленки с летними событиями в Отделе, еще не в архиве?

— Вроде нет, а зачем они тебе?

— Я Вас понял, доктор. Я прошу Вас оставаться пока здесь. А ты Рей, реши задачку: Белла — Невилл — Круциатус это изначальные данные. А теперь условие: справится ли этот транквилизатор с задачей удержать Алису в отключке, и если нет, то куда мы будем всей дружной толпой прятаться.

— Есть и вторая проблема. Нужно еще добиться того, чтобы мы щемились по углам, — улыбнулся психиатр. — Нужно ослабить ее магию. Иначе она вернется на место сразу же, как только придет в себя. И этот круговорот будет повторяться из раза в раз. Нужно ослабить влияние стены. Потому что какой бы не был шок, он не способен длиться все то время, пока вы будете выбираться из лабиринта. И поэтому вам нужна фора, чтобы сознание не поняло, что вы хотите сделать. Знайте, что оно готово к повторному вторжению. И второй раз пробиться туда будет чертовски трудно. Нужно ослабить женщину. И это должны сделать Вы. Потому что ни один транквилизатор не способен остановить магию.

— И что вы предлагаете?

— Ты же можешь изготовить зелье, которое гасит магию, усыпляет, подавляет. Что хочешь, то и выбирай, — обратился ко мне Мальсибер.

— Теоретически, — я покопался в памяти и не нашел ничего подходящего под описание.

— Сев, нужно практически, — твердо сказал Рей.

— Допустим, я попробую. И как я буду его испытывать? Точнее на ком?

По взгляду Рея я понял ответ без слов.

— У тебя нет выбора.

— Я не собираюсь использовать тебя в качестве лабораторной крысы.

— А придется, — говорил он спокойно и смотрел на меня, не мигая.

— Рей…

— Сев, мы обсуждали это довольно долго. Фил согласился, что так будет лучше. Ни на заключенных, ни на Пожирателях это сделать невозможно. Первые под контролем дементоров, вторые под наблюдением Лорда.

— А ты?

— А что мне мешает инсценировать свою смерть?

— С каких это пор ты посвящаешь меня в ваши грандиозные планы в последнюю очередь? — прошипел я.