— Я по делу. Мне нужно, чтобы ты в субботу с ним позанимался. Я ляпнул про отработку, а потом только понял, что не смогу быть в это время в Школе.

— Да-да. Боишься, поди? Не бойся, мальчик такого больше не повторит. Ну или повторит, но ты же будешь вооружен и опасен!

— Заткнись, прошу тебя еще раз.

— А ты Люциусу с Реем так же будешь говорить?

— А они не узнают. И если ты…

— Ну Малфой уже знает. Откуда бы я узнал? Да ты не переживай, они быстро забудут. Наверное.

— Так ты заберешь этого пацана в субботу? — еле слышно прошипел я. Судя по тому, как спинка стул покрылась инеем под моими пальцами, Альбус понял, что пора бы и помолчать.

— Да. У тебя все? — совершенно серьезно проговорил он, но веселые искры в глазах выдавали его с потрохами.

— Нет. — Я больше ничего не сказал. Просто повернулся к шкафу с книгами и начал искать фолиант, который мне был так нужен.

— Что ищешь? — заглянул мне за плечо крестный, бесшумно подходя со спины.

— Тебя не касается.

— Вообще-то ты роешься в моей библиотеке.

— А тебе жалко? — я повернулся к нему и посмотрел в глаза.

— Нет, смотри — смотри, — улыбнулся он, но от меня не отошел.

Я быстро нашел книгу, которая мне была нужна и, не открывая ее, пошел к выходу из кабинета.

— «Средневековые пытки Священной Инквизиции»? Сев, зачем тебе эта книга? Ты что задумал, а?

— Да нужен мне твой Поттер. У меня и без него проблем с Арарат, — обернулся я.

— Ага, я вижу. Весь в делах, весь в заботах. Книжки просто так читаешь…

Что еще он там говорил, я не услышал. Выйдя из кабинета, я сразу аппарировал к себе в апартаменты. Нужно уже определиться: в состоянии ли я сварить такую убойную штуку?

Все-таки память меня не подвела. Для того, чтобы пытать магов, Инквизиторы сначала блокировали их магию. Так почитаем. После прочтения составляющих, я долго приходил в себя. Если перевести на современный английский и изложить вкратце получается следующее.

Пятнадцать грамм Луны расплавить до жидкого состояния и поддерживать в таком состоянии на тихом огне. Спустя тридцать минут нужно добавить несколько капель Сатурна и помешать пятьдесят раз по часовой стрелке, а потом сто восемьдесят семь против. Сто восемьдесят семь! Они там что, профессиональными мешальщиками были что ли? Но это еще не все. После часа томления добавить корень нирины, цветок алканы, для предотвращения отравления планетами и звездами, но с сохранением их свойств и качеств. Четыре ягоды азафоэтиды добавляется для отражения магии, которая может вырваться из под контроля. Лист галангала запирает магию и после этого маг становится беззащитным на два часа. Но и это еще не все! После пятнадцатиминутного непрерывного помешивания нужно добавить эриодикт. И всего-то.

И что мы имеем в итоге: что подразумевалось под названием планет, я догадываюсь — металлы. Луна — это вероятно серебро, а Сатурн — олово. Это все понятно. Дальше травы. Галангала растет в Азии. А эриодикт в Сибири. Ладно. Но что такое нирина и алкана я не имею ни малейшего понятия. А само слово азафоэтида вгоняет в ступор. Думаю, что лучше травоведа в травах не разбирается никто лучше травоведа.

Дойдя до теплицы Спраут, в которой она любовно поливала огромного размеру огнеплевки я постучался.

— Не помешаю? — деликатно осведомился я.

— А это ты, — мило улыбнулась она. — Проходи.

— Только ничего не говори! — сразу предупредил я. — Я не в лучшем расположении духа, поэтому могу обидеться.