Я не понимаю, что творится с Альбусом, чем таким секретным он все же занимается с Поттером, что даже мне не говорит ни слова. Только выражает свое недовольство мною, из-за участившихся отработок мальчишки. Мы даже повздорили с крестным на эту тему, причем разговаривали на повышенных тонах.

Он присоединился однажды ко мне во время моего ночного патрулирования.

Некоторое время мы шли молча, затем я задал интересующий меня вопрос:

— Чем ты все-таки занимаешься, запираясь с Поттером?

— Почему тебя это интересует? Надеюсь, Северус, ты не хочешь прибавить ему сидения после уроков? Мальчик, по-моему, скоро будет проводить взаперти больше времени, чем на свободе…

— Та-а-ак. А ну прекрати заговаривать мне зубы. Ты должен хоть как-то подготовить его к встрече с Лордом, давай-ка рассказывай, чем этот ребенок, о котором я уже устал слышать, что все его достоинтсва ограничиваются тем, что он — вылитый отец…

— На вид — может быть, но в глубине сердца он гораздо больше похож на свою мать. Я провожу с Гарри много времени, потому что есть вещи, которые мне нужно с ним обсудить, кое-какая информация, которую я должен ему передать, пока не поздно. — перебил меня любящий крестный, старательно уводя меня от темы моего интереса.

— Ты хоть понимаешь сам, что ты сейчас говоришь? То есть то, что он похож на Лили, и есть та информация, которую ты должен доверить ему, а мне нет? — практически рявкнул я. — Ты вообще соображаешь, что если в нем действительно проснуться гены Лили, то это всё, можно ставить большой и жирный крест на всем этом мероприятии. Потому что это будет все равно, что доверить обезьяне гранату и показать ей, как выдергивать чеку.

— Я тебя не понимаю, — жалобно произнес Альбус.

— Я тебе потом объясню. Продолжай, мне внезапно стало очень интересно. Что это все-таки за информация?

— Дело не в доверии. Как мы оба знаем, время моё ограничено. Мальчик должен — это крайне важно — получить от меня достаточно информации, чтобы выполнить свою задачу.

— Альбус, не зли меня, я и так постоянно на взводе.

— Ну ты же понимаешь. После того как ты меня убьешь…

— Ты отказываешься быть со мной откровенным и тем не менее ожидаешь от меня этой маленькой услуги! Как многое для тебя разумеется само собой, ну конечно, ты же Великий Дамблдор! А что, если я передумал? — с каким непередаваемым удовольствием я произнес последние слова.

— Ты дал мне слово, Северус. — о как мы заголосили. — Ну, хорошо я даю Гарри информацию о жизни Тома, подвожу мальчика к самой идеи крестражей. И намекаю где и что нужно искать.

— Ты в своем уме? — я повысил голос. Так получилось, что мы уже к опушке леса подходили. — Альбус, Поттеру нельзя ни на что намекать. Ему нужно говорить открытым текстом и в простых выражениях. Хагрид! А ну выходи. — все-таки начальственный рык за эти годы у меня начал получаться очень даже неплохой, а Хагрида я уже минут этак пятнадцать назад засек. — Вы что, все надо мной сегодня поиздеваться решили?

— Э, ну я это…

— Если ты еще хоть один раз при мне начнешь выделываться, я тебя уволю к мерлиновой матери и потом единорогам рассказывай, какой у тебя начальник урод.