— Кого?

— Вашего босса, Финли. Вы работали у него в цветочном магазине.

Казалось, воздух вышел из него как из сдувшегося шарика. Суини посмотрел на меня и кивнул. Я обратилась к Гаррисону:

— Принеси папку из машины.

Он кивнул и вышел.

— Что вы делали в доме Финли? Что вы там искали?

— Деньги, а что же еще? Моего начальника убили, а мой дом взорвали, что еще, черт побери, я должен был делать?

— Найти себе работу, придурок, — процедил сквозь зубы Фоули.

Суини заглянул мне в глаза, а потом отвернулся, как будто в глубине души его мучил стыд за свою никчемную жизнь или страх, что мамочка посмотрит на него через плечо и с неодобрением покачает головой.

— Мне нужны были деньги, понятно? Я не знал, что вы коп, когда стукнул вас дверью.

Первая ложь. Я почувствовала, как закипает моя кровь.

— Я же велела вам не врать, а не то отправитесь за решетку.

— Хорошо, хорошо… я все скажу. Да, я знал, что вы коп, но запаниковал. Простите меня.

— Расскажите мне все, что знаете о Финли?

— А что я должен знать?

— Отвечай на вопрос! — рявкнул Фоули ему в лицо.

Суини допросы были не в новинку. Он вздохнул и покачал головой.

— Ничего я особенного не знаю. Я просто разгружал грузовики. Меня нанял другой парень.

— Брим?

— Да.

— Он мертв.

На лице Суини застыло очевидное удивление, но он тут же занял оборону.

— Это не я.

— Заткнись, мудак, — отрезал Фоули.

Дверь открылась. Вошел Гаррисон и подал мне папку. Я открыла ее и вдруг поняла, что смотрю на фотографию Лэйси. Снимок был сделан для выпускного альбома, и она его ненавидела. Ей казалось, что она получилась толстой. А я считала, что она просто красавица. Снято еще до пирсинга. Когда я взяла фотографию, то у меня едва заметно дрожали пальцы. Думаю, Гаррисон заметил это, потому что он отвернулся и смотрел куда-то в сторону, пока дрожь не прекратилась.

— Вы когда-либо видели эту девочку?

Я подержала снимок у Суини перед глазами. Его взгляд скользнул по нему, казалось, практически не задержавшись.

— Нет.

— Посмотрите! — заорала я.

Суини тут же принял стойку «смирно», как будто его ударило током. Он кивнул, посмотрел на фотографию и начал ее разглядывать. Когда взгляд преступника, пусть и такого жалкого, как Суини, скользил по снимку моей девочки, это почему-то казалось оскорблением.

— Эта девица с конкурса? Да, я видел ее в новостях… правильно?

Он посмотрел на меня, словно ждал подтверждения.

— Кроме как в новостях, вы ее никогда больше не видели?

— Нет, никогда. Что, черт побери, происходит?

Я аккуратно положила снимок обратно в папку и достала фотографию убитого мальчика из дома на Монте, сделанную полароидом. На фотографии было видно его лицо. Глаза полуоткрыты, лицо немного исказилось, поскольку к нему прилила кровь, пока паренек лежал на животе.

— А его вы видели?

Суини озадаченно посмотрел на снимок.

— А что это с ним такое?

— Ну, ему выпустили пулю в затылок.

— Господи! Что, черт побери, происходит?! Ответьте же мне!

— Его убил тот же человек, который заложил бомбу в вашем доме.

— Это была бомба?

— Не будь идиотом, — сказал Фоули. — Ты что, думаешь, он сам взлетел на воздух?

— Такое бывает.

— Ага, а у собак бывают крылья.

— Так вы видели этого парня? — повторила я.

— Нет, никогда.