Я и не слушал его историю.  Мой мозг работал, спрыснутый, помимо  всего прочего,  еще и шампанским. Разговор напомнил  мне, что я должен не сегодня, так завтра запросить телеграфом очередную тысячу фунтов.

     Я  подсознательно  чувствовал бурное раздражение. Этот  тип рассуждал о миллионах с такой легкостью, что  я  не мог не признать, что по  современным стандартам  являюсь, в самом деле,  очень  бедным  человеком. Пять или шесть тысяч в год и, возможно, еще пятнадцать  сотен от ренты имения Барли-Грандж. И это  не считая  инфернального  подоходного налога  и тому подобного - я действительно  был немногим лучше нищего, и надо  было принять  в расчет еще Лу.

     Я всегда считал драгоценности вульгарщиной; кольцо с печаткой и булавка для  галстука  для  мужчины,  а для женщины - несколько безделушек,  очень скромных, в хорошем вкусе - но это было пределом.

     Однако,  Лу была абсолютно другой. Она  могла  носить любое  количество барахла и с феерической быстротой менять  его, не моргнув глазом. Я купил ей вчера днем  в Картье пару  сережек  - три  алмаза на  нитке,  светло-голубая подвеска изящной грушевидной  формы... И когда она ела, пила и говорила, они покачивались рядом с уголками ее  рта в самой изысканной манере, и вовсе  не опошляли ее.

     Я понял, что мой долг, как женатого мужчины, купить ей ту нитку жемчуга с  большой  черной  жемчужиной  как  подвеской. А  там  было  еще  кольцо  с неограненным изумрудом! Как безумно это могло бы смотреться с ее волосами! И еще, разумеется, когда мы вернемся в Англию, она должна быть представлена ко Двору - не вижу в этом ничего унизительного для нас, Пендрагонов, но кто там приводит свою жену на прием без диадемы.

     И, кроме того, вы же знаете каковы портнихи!

     Просто  не  существует предела вещам,  которые  цивилизованный  мужчина должен  иметь, когда он  женится! И  вот он я, открыт  для всех намерений  и замыслов - очередной кандидат на пособие неимущим.

     Я  рывком выбрался из своих грез. Мой ум созрел  для действия. В голове сложился план, и я решил взять быка за рога.

     Лу истерично смеялась над каким-то дурацким анекдотом.

     -  Послушай, Фекклз, -  сказал я. -  Надеюсь,  что  ты  расскажешь  мне побольше об этом  нефтяном  бизнесе. Сказать  тебе по правде,  я не такой уж богатый человек, каким ты, наверное, меня считаешь...

     - Мой дорогой друг... - протянул Фекклз.

     -  На  самом  деле, можешь быть уверен - все действительно  было  очень хорошо, когда я оставался  холостяком. Неприхотливые вкусы, ну ты понимаешь. Но с этой маленькой леди о вкусах не поспоришь.

     - Ну разумеется, - очень серьезно ответил  Фекклз. - Да,  я отлично это осознаю. Я  бы выразил  это следующим образом - дела обстоят так,  что  твой настоящий долг перед собой  и перед твоими наследниками состоит в том, чтобы сделаться преуспевающим богачом. Но, как  ты  знаешь,  деньги  стали страшно кусаться  после  войны.  Принимая  во внимание  коллапс  иностранных  валют, ослабление покупательной способности денег и то, что все золото мира заперто в Вашингтоне, картина складывается  довольно неприглядная.