Изменить размер шрифта - +
Я для него — чужестранка, и они тоже. Пусть мальчик будет Александром Гелиосом: Александр — в честь нашего покровителя и предка, Гелиос — в честь бога солнца. Александр и Гелиос сами по себе близки, даже их изваяния похожи, а мой отпрыск родился в год солнечного затмения и имел сестру-близнеца, как Аполлон. Пусть Вергилий и другие пустозвоны знают: сколько бы ни трезвонил Октавиан о своем покровителе Аполлоне, римляне не имеют к солнечному богу ни малейшего отношения. Может быть, мой сын станет тем Аполлоном, которому они предрекали Золотой век.

А моя дочь? Клеопатра Селена, вот как я ее назову. Клеопатра — не только в честь меня, но и в честь многих других Клеопатр. Традиционное имя в нашем роду, восходит оно к сестре Александра, звавшейся именно так. Поминается Клеопатра и в «Илиаде». Это имя исконно греческое, в нем нет ничего римского. Ну, а Селена означает Луну и ассоциируется с Артемидой, сестрой-близнецом Аполлона.

Любуясь малютками, моими Солнцем и Луной, я не уставала молить Исиду помочь им стать подлинными творцами Золотого века — во исполнение настоящих пророчеств, а не дурацких побасенок щелкопера Вергилия.

 

Я держала детей на руках после кормления, когда мне доложили о прибытии гонца. Не сочтя это особенно важным, я даже не передала малюток нянькам, а просто распорядилась привести посланца ко мне.

И чуть не растерялась, увидев римлянина в сверкающем нагруднике, с густым гребнем на высоком шлеме.

— Приветствую великую царицу от имени Рима, — прогудел он.

Голос его наполнил комнату громовым раскатом. Или мне так показалось, потому что, сидя в детской, я отвыкла от общества солдат?

— Добро пожаловать, — пробормотала я, совладав с собой, и кивнула.

— Я привез письмо от Марка Антония, триумвира, — сказал посланец и протянул кожаный цилиндрический футляр с металлическими накладками.

Я взяла его, открыла и прочитала:

Царице Клеопатре Tea Филопатор — богине, любящей отца. Приветствия и пожелания доброго здоровья и удачи.

Мне выпала честь объявить Египту, другу и союзнику римского народа, что Брундизианское перемирие подкреплено договором между императором Цезарем Divi Filius и императором Марком Антонием, триумвирами Римской республики. Дабы гарантировать мир среди римлян, равно как исполнение обязательств перед нашими союзниками во всем мире, высокие стороны принимают следующие условия. Во-первых, император Цезарь принимает под командование легионы в Галлии, император Антоний — легионы, дислоцированные к востоку от Македонии, а император Лепид — воинские силы, находящиеся в Африке. С общего согласия назначены консулы на следующие восемь лет. Император Цезарь обязуется начать военные действия против Секста Помпея, император Антоний — против парфян. В восточные провинции назначены следующие наместники: Домиций Агенобарб в Вифинии, Мунаций Планк в Азии, Асиний Поллион в Македонии. Руководство начальным этапом кампании по освобождению Сирии от парфян возложено на легата Вентидия.

В ознаменование заключенного договора и в знак взаимного доверия император Марк Антоний взял в жены сестру императора Цезаря Divi Filius.

Мы желаем, чтобы ты приняла и одобрила эти соглашения, как подобает преданному другу и союзнику римского народа.

Итак, я держала в руках отчет Антония о его деяниях при Брундизии, об их соглашении, а точнее, о его поражении: я сразу поняла, что договор усиливает положение Октавиана за счет Антония. Он уступил без борьбы легионы Галлии и утратил какое-либо влияние на Западе. Он сообщил мне о своем бракосочетании, как совершенно постороннему человеку, да еще и без конца именует этого выскочку Октавиана Цезарем. Меня почти передернуло от злости, однако с улыбкой ждавший моего ответа римлянин никаких признаков ярости и обиды так и не увидел.

Быстрый переход