— Никто не вывалился из окна верхнего этажа и не утонул в ванной? Никаких потасовок на пожарной лестнице? Никаких нуждающихся в опровержении слухов о южноамериканской актрисе, которая тайно вышла замуж за норвежского ученого?

Андреа пожала плечами:

— Извини, Дик, но мне никто ничего не рассказывает.

— К счастью для таких ребят, как я, некоторые любят поболтать.

— Некоторые говорят слишком много, — возразила она и исчезла за перегородкой во внутренней комнате.

На следующий день, в свой выходной, Андреа отправилась посмотреть, как идут работы по строительству нового квартала. Подрядчики соорудили для зевак, любящих наблюдать за работой других, обзорную площадку. Андреа не знала, состоялась ли угрожавшая стройке забастовка, но работа кипела вовсю. В глубоком котловане, вырытом посреди улицы, люди, выглядевшие отсюда пигмеями, копошились вокруг громадных балок или заливали бетон в фундамент другой части блока. Еще одна часть квартала была почти закончена, и кран поднимал глыбы облицовочного камня и доставлял их к группам людей, работавших на узких лесах. Не нужно обладать большим воображением, чтобы представить, как легко и быстро одно неосторожное движение могло привести к несчастью.

Она уже повернулась, собираясь отойти от небольшой группы мужчин на обзорной площадке, когда кто-то заговорил с ней:

— Вы ведь из «Бельведера», не так ли?

— Здравствуйте, мистер Селборн. Не знала, что вы здесь.

Он доброжелательно улыбнулся ей.

— Праздное созерцание полезно для души. — Мистер Селборн вздохнул. — Хотя жаль, что здесь происходят несчастные случаи. Люди не могут чувствовать себя в полной безопасности, когда каждую минуту на них может свалиться несколько тонн камня или громадная балка.

— Вы правы. Но эти люди, наверное, привыкли к определенному риску, как, например, автомобилисты или моряки, — сказала Андреа. — Нельзя прожить жизнь в уверенности, что с тобой никогда ничего не случится. Даже сиделки и врачи рискуют заразиться от своих пациентов.

Она вдруг покраснела и подумала о том, какими глупыми и невежественными показались ее слова мистеру Селборну, который смотрел на нее, добродушно моргая.

— Все абсолютно верно, — согласился он, — и, возможно, над кварталом Сенчери как бы тяготеет злой рок.

Она кивнула:

— Возможно, так оно и есть. Извините. Мне пора на дежурство.

В пятницу внезапно появилась вернувшаяся из Парижа мисс Дженсен и потребовала свои обычные апартаменты «Норфолк».

— Да, мадам. — Андреа изучила журнал предварительной брони. — По-моему, номер свободен, но я проверю.

По уик-эндам большинство дорогих отдельных апартаментов обычно были свободны, но «Норфолк» мог быть заказан на следующую неделю.

— На какой срок вы хотите снять номер, мадам? — спросила Андреа.

Ингрид Дженсен вперила в нее огненный взор:

— Не знаю. На несколько дней или на неделю.

Джилл Брукман пришла на помощь Андреа:

— У нас есть заказ на «Норфолк» на среду, мадам, но, возможно, нам удастся заменить его, если вам все еще потребуется этот номер.

Когда мисс Дженсен со всеми своими чемоданами, наконец, отбыла в «Норфолк», Андреа вздохнула свободно.

— Мне она кажется чересчур властной, — призналась она Джилл. — Не потому, что она сказочно богата — всякий, кто в состоянии оплачивать апартаменты «Норфолк», должен купаться в деньгах, — но потому, что она излучает электрические заряды и в любой момент может испепелить тебя.

— Как красиво ты излагаешь свои мысли, Анди, — заметила Джилл.