Устало вздохнув, мисс Дэллоуэй включает компьютер и ждет, пока тот загрузится. (А вот книгам загружаться не нужно.) Она достигла такого уровня компьютерной грамотности, который позволяет пользоваться машиной, не более того, поэтому ее пальцы не очень уверенно движутся по клавиатуре, пока она выводит на экран электронный меморандум, присланный полчаса назад из Зала заседаний.

От: Зал заседаний Время: 10.28.

Кому: Ребекка Дэллоуэй, «Книги».

Внимание ПРАВЛЕНИЯ привлечено различными неуставными действиями, совершаемыми сотрудниками Вашего отдела, вызванными напряженными отношениями с соседним отделом.

ПРАВЛЕНИЕ намерено как можно скорее найти выход из создавшегося положения. С этой целью оно направит вниз своего представителя, который выслушает жалобы обеих сторон, то есть начальников отделов, и вынесет вердикт.

Как только МАСТЕР КРИС примет решение, оба отдела обязаны ему повиноваться. Любые дальнейшие нарушения протоколов о поведении служащих, оговоренные в Статье 17, пунктах от а) до f) договора между работодателем и работником, приведут к немедленному снятию с должности сотрудников, причастных к конфликтам, и начальника их отдела.

МАСТЕР КРИС явится сегодня утром, между 11.30 и 11.40.

Копия: Роланду Армитеджу, «Компьютеры»

Она тщательно перечитывает письмо, надеясь обнаружить в словах что‑то новое – какой‑нибудь дотоле незамеченный намек на предвзятость, который уверил бы ее в том, что не все так мрачно, как представляется. Но ничто не проливает света на настроение, царящее в Зале заседаний, хотя фраза «намерено как можно скорее найти выход из создавшегося положения» – если вспомнить о том, что Охрана оповещала братьев о разгоревшемся споре с самого его начала, – вызывает у мисс Дэллоуэй слабую невеселую улыбку всякий раз, как она пробегает ее глазами. Долгие месяцы братья не проявляли ни малейшего интереса к актам насилия и вандализма, происходившим в их магазине, – а теперь вдруг решили отправить своего представителя, как будто наконец их терпение лопнуло. Можно подумать, они надеялись, что проблема рассосется сама собой, а когда выяснилось, что она не рассасывается, то решили: хватит, с них довольно. А это тоже не предвещает ничего хорошего: ведь раздражение и беспристрастие редко идут рука об руку.

Известие о том, что выносить решение явится не мастер Торни, а мастер Крис, тоже заставляет мисс Дэллоуэй нахмуриться. Ведь даже появление лично мастера Торни в торговом зале – редкость, а уж визит мастера Криса – нечто неслыханное. Всем известно, что мастер Крис пьет, все знают о его беспутном, разгильдяйском образе жизни. Может быть, в этом содержится намек на то, насколько серьезно воспринимают братья этот спор, раз они посылают улаживать его младшего, наименее опытного, наименее надежного брата? Впрочем, чему тут удивляться? Мисс Дэллоуэй часто приходило в голову, что сыновья Септимуса Дня не имеют ни малейшего представления о том, что они, собственно, делают, и что если магазин еще продолжает получать какую‑то прибыль, то не благодаря стараниям братьев, а скорее вопреки им.

Совсем по‑другому шли дела в дни мистера Септимуса – ту пору мисс Дэллоуэй вспоминает с удовольствием. Пусть основатель «Дней» был человеком жестким, даже наводившим страх, зато с ним, по крайней мере, все было ясно и четко. Он‑то не отдавал указаний из одной только прихоти. Он‑то не отнимал без веского основания кусок площади у одного отдела, чтобы отдать его другому. Он был таким человеком, что сама его беспощадность внушала доверие.