Глаза Ника сверкали на смуглом лице, как черные бриллианты.

— Я, должно быть, сошла с ума, раз оказалась в такой ситуации, — произнесла Сюзи, разрываемая на части одолевавшими ее мыслями.

— Ты становишься сумасшедшей в моих руках.

Он поднял ладонь и слегка коснулся ее полыхающей щеки.

— Крикни, и я прибегу? Нет, Ник, я отказываюсь. Мне нужно прийти в себя, я боюсь утонуть в чувствах к тебе.

Они так сильно были заняты друг другом, что не услышали, как появилась Биби. Почувствовав внезапную необходимость проверить, все ли в порядке, Биби застыла в растерянности на верхней ступеньке лестницы, прижав руку к сердцу. Они разговаривали далеко не шепотом — она уловила отрывки их разговора, а теперь и видела все своими глазами. Над ними витала такая обжигающая страсть, что женщина почувствовала ее жар.

Биби знала Ника долгое время, но он ни разу не говорил о Сюзанне, а ведь она, по-видимому, занимала главное место в его прошлом и была совершенно необходима ему в будущем. Биби поймала себя на мысли, что от всего сердца желает им справиться с теми силами, которые разлучили их. Ей стало ясно, что этим двоим, пришлось пережить сильнейший удар, оставивший след в их душах.

Позже ночью, когда весь дом устроился на ночлег, Сюзанна проверила, спокойно ли спит Шарли, нежно поправила на ней одеяло, вернулась в свою спальню и очень тихо заперла дверь. Она так сильно желала Ника, что ощущала острую необходимость закрыться от него. Ей страшно хотелось пойти к нему, но она не могла. Сейчас его чувства находились в противоречии, любовь боролась с ненавистью. Сюзи знала, что никогда снова не заслужит его доверия. Нельзя убежать от прошлого.

Сюзанна встала рано и приготовила завтрак: разнообразные соки, апельсины, грейпфруты, ананасы, сочные плоды папайи, кашу для тех, кто пожелает, бекон, сосиски и яйца с сухариками из черного хлеба, тосты, чай и кофе. Когда она нарезала ломтиками манго и перекладывала их в чашу, в кухню вошел Ник.

— Хорошо спала? — поинтересовался он с такой издевкой, что кровь прилила к ее лицу.

— Как младенец.

— Рад за тебя. Могу чем-нибудь помочь?

— Думаю, я со всем управлюсь сама.

— Да, ты и вправду знаток таких дел, но раньше я не мог представить тебя в фартуке.

— Извини, если шокировала тебя, — холодно отозвалась Сюзанна, хотя на самом деле радовалась появлению Ника.

— Может, накрыть на стол? — Он обнял ее и чмокнул в макушку. — Где мы будем завтракать?

Само его прикосновение было головокружительным.

— Я думаю, в павильоне.

Она не случайно облюбовала это восьмиугольное строение с балконом, выходящим в сад. Там было очень уютно. Красивая модная люстра низко свисала над столом со стеклянной столешницей, за которым можно было разместить с десяток человек. Золотистые тростники в огромных зеленых горшках создавали атмосферу папоротниковой хижины.

— Прекрасная идея! — воскликнул Ник. Сюзанна вымыла руки под краном, вытерла их, а потом прислонилась к раковине и посмотрела ему в лицо.

— Скольких женщин ты любил? Кроме меня?

Его глаза стали черными как ночь.

— Сюзи, дорогая, не думаешь же ты, что я расскажу тебе о своих связях!

— Почему нет? Разве это так тяжело? — спросила она вызывающе, прежний воинственный дух снова появился в ее взгляде.

— Ты всегда оставалась единственной в моей жизни, Сюзанна, — с усмешкой сказал Ник. — У меня, конечно, были связи, но, как видишь, я так и не женился. Зато ты все-таки вышла замуж.

— Где уж тут быть прощению, когда в словах столько горечи!

— Как-нибудь на днях мы обсудим это, Сюзанна, — произнес Ник гораздо резче, чем собирался.