Посидел пару минут в машине, после чего решил, что не так уж я и рано. Вышел, закрыл «Шеветт», подошел к двери и позвонил в домофон.

— Кто там? — раздался голос Сары почти сразу.

— Это я, — на автомате выдал я самый тупой ответ из возможных.

Но Сара, тем не менее, все поняла правильно.

— Майк? Заходи, — ответила она радостно.

Дверь открылась, и я вошел внутрь. Меня встретил, по сути, обычный подъезд — пол выложен плиткой, на стенах окрашенная в желтый, как и сам дом снаружи, штукатурка. Все выглядело чисто и аккуратно, и слегка напоминало мне мой дом из прошлой жизни — только цвет стен отличался.

Я начал подниматься по лестнице, запоздало осознав, что не знаю этажа. Но наверху послышался щелчок открывающегося замка — Сара облегчила мне задачу. Я поднялся на второй этаж и нырнул в приоткрытую дверь.

Девушка встречала меня в коридоре. На ней были короткие домашние шорты и темно-синяя майка, едва скрывающая ее приятные формы. Она улыбалась и, едва я закрыл за собой дверь, сделала шаг вперед и крепко обняла меня. Я ответил на ее объятия, вдохнул аромат ее духов и внезапно осознал, как сильно на самом деле соскучился.

— Я скучала, — вторя моим мыслям, проговорила девушка, и лишь через полминуты наконец отпустила меня. — Пойдем, я почти закончила.

Я протянул ей конфеты, которые все это время держал в руке. Она посмотрела на коробку чуть удивленно, потом взяла, улыбнулась, подмигнула и, поманив меня рукой, скрылась за поворотом коридора.

Я пошел за ней, проследовав на небольшую, но хорошо обставленную кухню. В глаза сразу бросились полированные столешницы с характерным рисунком в крапинку — судя по всему, из натурального гранита. Дополняли картинку кремового цвета гарнитур и блестящая нержавеющими поверхностями кухонная техника. Я вспомнил свой трейлер, и мне стало как-то неловко.

Сара немного поколдовала у столешницы и повернулась ко мне — на большом блюде красовалось шесть небольших тако, судя по внешнему виду — разных. Ну да, логично, что девушке с фамилией Мендес нравится мексиканская кухня. Я тоже не имел ничего против, если блюда не были слишком острыми.

— Вот эти со свининой, эти с курицей, а эти с овощами, — показала она двумя пальцами на лежащие парами тако, после чего жестом фокусника достала из-за спины две бутылки «Короны Экстра». — Пойдем в гостиную.

Я посторонился, пропуская ее вперед, чтобы девушка показывала путь. Прошел за ней в соседнюю комнату. Тут уже было все попроще — сдержанные светлые обои в едва заметную вертикальную полоску, серый диван у стены, пузатый телевизор на тумбе, журнальный столик. Выбивалась из общей картины только висящая на стене гитара — обычная покрытая лаком акустическая шестиструнка.

Сара поставила тарелку и бутылки на столик, мы сели на диван. Я понимал, что сейчас она спросит о Митчелл, но мне категорически не хотелось нарушать идиллию момента разговорами о работе. Так что я решил опередить ее.

— А у тебя здесь миленько, — сказал я, снова оглядываясь.

— Да, — кажется, чуть смутилась Сара. — И аренда заметно ниже, чем могла бы быть. Мне вообще повезло снять эту квартиру. Хозяйка только строгая.

— Это как? — уточнил я.

— Ну… У нее в этом доме три квартиры. Две она сдает, а в третьей живет сама. Прямо на моем этаже, — усмехнулась Сара. — Так что два раза в месяц приходит проверять, не устроила ли я в ее квартире притон, и не сдала ли ее любимый телевизор в ломбард.

Я повернул голову — телевизор как телевизор, вроде ничего особенного. Сара заметила мое недоумение и рассмеялась.