Она весело посмотрела на него:

— Помогите мне спуститься. Ноги не гнутся! — Сюзи оперлась на него, сошла на перрон, но руку не убрала. — Веселей, Иниго! Спасибо вам за заботу. Вот!

Он случился так быстро, этот поцелуй, что Иниго даже не понял, действительно ли его поцеловали.

— Сюзи! — воскликнул он.

— Вон наш Джимми! — Она замахала рукой и поспешила вперед.

Напоследок мы видим, как Иниго бредет за ней по перрону.

Глава 6

Черная неделя

Ужасная неделя началась еще до Тьюсборо. Она началась — по крайней мере для восьмерых артистов труппы — с воскресного вечера в Миддлфорде. Неделя в Миддлфорде прошла спокойно, без фуроров, но одно любопытное событие все же случилось: визит в театр богатой и эксцентричной особы, миссис Ходни. Она приехала в город на машине, чтобы встретиться со своими адвокатами, осталась на концерт, а после него настояла на знакомстве с мисс Трант, Джимми и всеми остальными. Представил ее директор театра, который был знаком с почтенной леди и считал ее «тем еще персонажем». Она пришла в неописуемый восторг от труппы и попросила их оказать старой чудачке услугу. Не согласятся ли они поехать в ее усадьбу, Кастон-Холл, что в двадцати милях отсюда, на самом краю болот, и дать представление для нее, обслуги и тех деревенских жителей, которым хватит ума хоть раз повеселиться воскресным ноябрьским вечером? Пусть они не сочтут это деловым предложением (хотя денег у нее предостаточно, и она в состоянии оплачивать свои прихоти: двадцать фунтов должны компенсировать им неудобства и хлопоты). Скорее, это маленький каприз одинокой старушки, которую уже давно ничто не радует и которой недолго осталось жить на этом свете. Разговаривала миссис Ходни весьма отрывисто, но вместе с тем пылко и выразительно, и, говоря, гладила младших артистов по спинам.

Было решено, что на воскресенье сами артисты останутся в Миддлфорде, а утром понедельника поймают проходящий поезд до Тьюсборо — воскресным же вечером дадут заказной концерт (в вечерних нарядах) в Кастон-Холле, где их наверняка ждет огромная гостиная, рояль и плотный ужин. «Имейте в виду, — предупредил их директор театра, — старушка окажет вам хороший прием. Она, конечно, чудачка — каких только баек о ней не ходит, — но вы пришлись ей по душе, и она вас уважит, даю слово». Визит в усадьбу бойко обсуждался всю вторую половину недели. Труппа предлагала мисс Трант взять себе часть гонорара, но та всячески отмахивалась — стало быть, каждый получил бы по два фунта десять шиллингов, и Джо, миссис Джо, Элси и Сюзи оживленно обсуждали, что можно сделать с этим нежданным счастьем. И потом, заказное представление было одновременно комплиментом их игре и увлекательным приключением. Артисты жалели мисс Трант и мистера Окройда, которые не могли поехать в усадьбу. Тьюсборо был особенный город, и в понедельник многое предстояло сделать. В Тьюсборо «Добрые друзья» выступали в Королевском театре — настоящем театре, а не в каком-нибудь павильоне, концертном зале или мюзик-холле. Мисс Трант ничего не знала о Тьюсборо, и, как ни удивительно, остальные артисты тоже, но она наткнулась на объявление в газете «Стейдж» — театр можно было арендовать по весьма умеренной цене — и впервые в жизни приняла решение самостоятельно, заключив с театром недельный контракт. «Не берите кота в мешке», — зловеще предостерег ее Джимми, однако мисс Трант, порой склонная к авантюрам и своеволию, отказалась внять его увещеваниям и пошла на уступки артистам, которые давно мечтали выступить на сцене настоящего театра. Таким образом, мисс Трант возложила на Тьюсборо большие надежды и решила отправиться туда в воскресенье с мистером Окройдом, чтобы в понедельник приступить к делам.