— Добрый вечер, — сказал открывший ее человек.

— Добрый, — охнула мисс Трант, чувствуя себя в высшей степени глупо. Она выпустила ручку колокольчика, и та скорбно повисла на конце проволоки.

— Пришлось повозиться, а? Старье все это, старье! Нынче везде электрические стоят. Не вздумайте волноваться, — благожелательно сказал он. Это был дородный пожилой человек с внушительным красным носом, не менее внушительным щетинистым подбородком и в очках, сдвинутых на мокрый лоб. В одной руке он держал газету, в другой — короткую глиняную трубку. Ни воротничка, ни пиджака на нем не было, пуговицы он тоже обошел вниманием и вообще всем своим видом олицетворял самую неблаговидную праздность.

— Скажите, мистер Типстед здесь?

Человек вытащил изо рта трубку и призадумался.

— Типстед? Типстед? А вы, часом, не в Общество взаимопомощи «Синица в руке» пришли? Тогда вам нужна третья дверь справа. Их посетители часто сюда по ошибке забредают.

— Нет-нет, мне сказали, что мистер Типстед остановился здесь. Понимаете, он случайно уехал на моей машине.

Его глаза округлились, потом один из них подмигнул.

— А, вы про дружка нашей Эффи! — шепнул он. — Мне рассказали про машину. Правда, фамилию этого малого я не знал. Эффи зовет его «Эрик». Эрик или Мало-Хомалу, так я его окрестил. Ему, кажись, не понравилось. Входите.

Как только мисс Трант проследовала за ним в обшарпанный коридорчик, из дальней двери выглянула уже знакомая нам крупная блондинка.

— Кто там, Дядяртур? — крикнула она.

— Не спеши, не спеши! Сейчас узнаешь. — И дядя Артур провел мисс Трант в крошечную темную квартирку, битком набитую столиками, безделушками, резными фигурками и фотографиями. Среди них, почти неотличимый от резных фигурок и безделушек, сидел и испуганно дымил сигаретой мистер Типстед.

Мисс Трант сразу же обратилась к нему:

— Возможно, вы меня помните, я обедала за соседним столиком в гостинице. Вы уехали на моей машине…

Больше она ничего не успела сказать. Мистер Типстед вскочил на ноги, и они с Эффи принялись наперебой объяснять ей, что случилось. Несколько минут они тараторили, перебивая и поправляя друг друга, но рассказ завершила все же Эффи:

— И вот на одном чемодане мы нашли ваше имя, адрес и как раз сели вам писать, правда ведь, Эрик? Он хотел отогнать вам машину, правда, Эрик? Мы телеграфировали в гостиницу, спросили про нашу машину, она ведь осталась там без присмотра, ее могли и угнать, правда же, Эрик?

— Ваша машина здесь, на улице.

— Здесь?!

— Да, — кивнула мисс Трант. — Я на ней приехала.

— Слава Богу! — вскричала Эффи и шумно выдула воздух из легких. От волнения она сбросила напускные жеманные манеры и превратилась в саму себя — необузданную вульгарную болтушку.

Слабая улыбка осветила лицо мистера Типстеда, у которого по-прежнему был загнанный вид.

— Ну, вот и хорошо. Спасибо вам большое, мисс… э-э… Трант. Правильно же, мисс Трант? Мы нашли ваше имя на чемодане… Можно поменяться прямо сейчас? Вы нормально доехали? Мы доехали отлично, машина у вас такая же, только чуть поновее моей.

— Подумать только! — Ясные глаза Эффи под густо подведенными ресницами забегали от мистера Типстеда к мисс Трант, а от мисс Трант к Дядяртуру, который прислонился к двери и попыхивал глиняной трубкой, с интересом наблюдая за сценой.