— До сих пор не могу понять, как вам это удалось, — с любопытством произнёс Бао Цзы Вэй. — Не поделитесь секретом?

И видя мою ироничную улыбку, вздохнул:

— Загадочный Вы человек, Антон.

— Что касается товара, — продолжил я, — то, как гарант сделки я был вынужден вмешаться и принять меры для неукоснительного выполнения условий сделки, в чём вы сейчас убедитесь.

После чего подал знак Мурене, и та направилась к стоящему в десятке метров от нас помощнику Большого Брата, с металлическим кейсом в руках. Подойдя к мужчине, она передала ему кейс. Тот открыл его, внимательно осмотрел содержимое, и сообщил о том, что в нём находится, старику, через артефакт ментальной связи.

На обычно бесстрастном лице моего собеседника, появилось выражение сдержанного удовлетворения.

— Это несколько меняет дело, — согласился он. — Признаю, Вы умеете держать слово. НО! Золотом нельзя смыть оскорбление. Оскорбление можно смыть только кровью. Кто-то должен ответить за то, что произошло. Мэй Лиен жаждет мести и я не склонен её сдерживать. Мы вынуждены принять меры. Как вы выразились, тигр не может проявить слабость. Кто-то должен умереть.

— Если Вы тронете Элизу, то мне придётся принять ответные меры, — холодно произнёс я. — Не собираюсь вас пугать, понимая, что это бесполезно. Но последствия столь необдуманного шага будут разрушительными. И не только для вашей Организации, но и для вашей семьи. Подумайте об этом, прежде чем что-то предпринять.

— Вы ставите меня в безвыходное положение, — тяжело вздохнул старик. — Тот, кто сдал нас полиции, должен умереть.

— Вот именно. Речь идёт о человеке, который является полицейским осведомителем. Но пока вы даже не можете быть уверены, что это человек из Отряда, а не из вашего ближайшего окружения. Но у вашей Организации достаточно связей в полиции и денег, чтобы выяснить, кто сообщил полиции подробности о предстоящей сделке.

— И когда мы выясним, кто этот человек, и поступим с ним так как полагается, Вы не станете вмешиваться?

— Вы в своём праве. Только не ошибитесь. Убедитесь, что это именно тот самый человек. Цена ошибки будет велика. Как я уже предупредил, последствия будут катастрофическими.

На этой, можно сказать, дружеской ноте, утопая в потоке насквозь лживых заверений в уважении и лояльности к партнёру, мы и расстались с коварным стариканом.

* * *

Когда я на Совете командиров Отряда рассказывал, чем закончились переговоры с триадами, на лице Элизы отражались то облегчение, то злость. Остальные просто вздохнули с облегчением и откровенно радовались, так как понимали, что в противостоянии с триадами у них не было никаких шансов. Ну, может быть, не все. Кто-то только делал вид, что рад. Но достаточно умело скрывал свою обеспокоенность.

Через день нам предстояло выступать в рейд, а нерешённых вопросов накопилась целая куча. Поэтому мы переключились на насущные дела и ещё битых два часа провели, уточняя различные детали.

Когда все разошлись и мы остались с Элизой вдвоём, она решительно заявила:

— Я не верю, что в наших рядах предатель. Уверена, что утечка сведений о встрече, произошла из окружения босса триад.

— Теперь уже ничего не поправить. Китайцы сами разберутся. У них есть для этого все возможности. Задета личная честь Большого Брата, была арестована его внучка, которая претендует на роль одного из лидеров Организации. Он должен показать, что контролирует ситуацию и крепко держит власть в своих руках. Не сомневаюсь, что он выяснит имя предателя. Много времени это не займёт. Счёт идёт на часы.

После этого разговора мы не виделись с Элизой до самого момента выхода нашего сводного отряда в рейд.