Второй монстр кружил неподалеку, тихо повизгивая и щелкая челюстями в ожидании своей очереди. Конан напал на монстров одновременно с Дертосой. Девушка, не колеблясь, всадила кинжал в спину тому, что схватил Туризинда.

Это произошло вовремя: Туризинд уже ощущал, как острые клыки вонзаются в его кожу. Тонкие, точно иголки, они проткнули кожу сразу в десятке мест. Кровь потекла неудержимым потоком; должно быть, в слюне чудовищ имелось нечто разжижающее кровь и мешающее ей сворачиваться. Нечто подобное имеется и у летучих мышей-кровососов, которых так боятся пастухи.

Второго монстра без особого труда прикончил Конан. Точнее, это так выглядело: могучий варвар попросту разрубил чудовище пополам. Перед тем, как издохнуть, монстр развернул окровавленную пасть к своему убийце и шумно дохнул на него. Когда истекающее кровью существо повалилось к ногам Конана, тот поднял меч, чтобы напасть на следующего противника, – и вдруг без сил опустился на землю. Он уронил руки на колени, из последних сил цепляясь за меч, и тяжело задышал.

– Они отравляют воздух! – закричала Дертоса. – Их дыхание ядовито! Конан может умереть, он надышался яда… Нам нужно как можно скорее бежать отсюда!

Она наклонилась над Конаном и попыталась поднять его. Но если в схватке с монстрами Дертоса сражалась наравне с мужчинами, то поставить на ноги массивного киммерийца ей оказалось явно не под силу. Она пыхтела и едва не рыдала от бессилия и взглядом умоляла Туризинда о помощи.

Тот и сам едва держался на ногах. Должно быть, Дертоса права: монстры потому и не были чересчур агрессивны, что не желали тратить силы понапрасну.

Им требовалось продержаться какое-то время, чтобы люди успели надышаться ядовитыми испарениями. И тогда их жертвы станут легкой добычей. На них можно будет наброситься и высосать кровь.

– Быстрей! – кричала между тем Дертоса.

«Либо болотная кровь помогает ей выстоять, либо это действие магии друидов», – полусонно подумал Туризинд, наблюдая за потугами девушки спасти Конана.

Собрав в кулак остатки воли, Туризинд кое-как поднялся на ноги и приблизился к своим товарищам. Дертоса метнула в него горячий взгляд, от которого кровь быстрее побежала по жилам Туризинда.

– Давай.

Туризинд схватил Конана за подмышки, и втроем они побежали прочь с поляны. За Туризиндом тянулся широкий кровавый след, и один из умирающих монстров повернул голову и высунул язык, чтобы в последний раз слизнуть сладкую капельку вкусной и свежей человеческой крови.

Когда они отбежали на несколько полетов стрелы от того места, где произошла схватка с нелюдями, им стало легче. Конан, наконец, смог вздохнуть полной грудью, а Туризинд осознал, что кровь по-прежнему льется из его раны на шее, и Дертоса взялась остановить ее.

– Потуже замотай ему горло, – советовал Конан, наблюдавший за тем, как девушка, по локоть измазанная в крови Туризинда, возится с повязками. – Палку подложи и поверни ее несколько раз, чтобы затянуть покрепче. Нет ничего лучше, чем тугая повязка на шее, знаешь ли.

– Да уж, знаю, – засмеялась она. – Шутки у тебя… натужные.

– Это потому, что я наглотался яда, – ответил Конан. – Обычно я довольно веселый малый.

– Осталось только понять, кем ты был раньше, – сипло выговорил Туризинд, – подручным палача или помощником могильщика.

– Я был тобой, – сказал Конан, на сей раз без тени улыбки.

– В каком смысле? Ты тоже был наемником? – Туризинд поразился услышанному. – Это странно! Наемники обычно знают друг друга… Я хочу сказать – все капитаны, как правило, знакомы.