Ее лицо снова стало спокойным, она положила руки на свою широкую талию.

— Вам, наверное, трудно будет в это поверить, миссис, если вы обратите внимание на размер моей одежды и на фигуру, но в молодости я очень искусно танцевала, и много раз я исполняла джигу под гармошку на том огромном столе, стоящем на первом этаже, а все хлопали и пели.

Представить ее танцующей на столе было не так трудно, несмотря на ее объемы, Эмми двигалась очень плавно и бодро. Люси стало интересно, присутствовал ли там мистер Линден и где он сейчас, но почему-то Эмми не упомянула ни разу его имени, вероятней всего, он бывал на этих танцевальных вечеринках.

Как только на улице потемнело, задул сильный холодный ветер, бьющийся о стены, и ощущение того, что море забурлит и станет коричнево-красного цвета, усиливалось. Гул и рев ветра слышался в трубе, дрова в камине за решеткой потрескивали очень шумно, поэтому Люси не услышала, как постучали в боковую дверь, и продолжала читать книгу, даже не подняв головы. Находясь на первом этаже, Мэг прислушалась к стуку, но когда наверху не скрипнула ни одна половица, что означало бы, что Люси услышала стук в дверь, Мэг сама вышла в коридор, чтобы открыть. Свет фонаря, который она держала в руках, с ног до головы осветил Ричарда, стоящего под навесом двери, капли дождя стекали по полям его шляпы и ручейками катились вниз по клетчатому плащу. Его губы растянулись в улыбке.

— Привет, Мэг, — сказал он удивленно. — Давно тебя не видел.

Но она видела его. Издалека. Когда он ехал верхом на лошади. Он остановился, чтобы поговорить с рабочими, которые строили пирс.

— Тогда, должно быть, ты ходишь с закрытыми глазами, — ответила она дерзко, — потому что я все еще живу в Истхэмптоне, как и ты, и не собираюсь переезжать в другое место.

— Я тоже не собираюсь, Мэг, — проговорил он, заходя в дом и снимая шляпу.

Ему было приятно увидеть ее снова, и он знал, что может флиртовать с ней так долго, как ему хотелось, несмотря на то что она была обручена с Бобом Купером, потому что Ричард знал Мэг с самого детства. Но приятные воспоминания и чувства не были достаточно сильными, чтобы забыть об истинной причине его прихода в морской коттедж.

— Миссис Ди Кастеллони дома?

— Да, она у себя.

Мэг понимала, что он пришел в дом ее матери для того, чтобы повидать их новую гостью, а не по какой-либо другой причине, но тем не менее разочарование терзало ее, губы задрожали. Чтобы скрыть свои чувства, она на мгновение отвернулась от него, воспользовавшись моментом, чтобы поставить фонарь на стол. В то время как он стряхивал воду с плаща, она быстро обошла его и встала за спиной, протягивая руки к его одежде.

— Давай я возьму твой плащ.

Как только Мэг почувствовала его рядом собой, она положила ладони на его сильные, крепкие плечи, а ткань плаща была такой гладкой и нежной, что ей стало еще приятней касаться его. Казалось, кончики ее пальцев хранят память о его потрясающих мускулах, которые она чувствовала под одеждой, и ее руки задрожали, когда он вешала плащ на крючок.