Всего два месяца. Так мало времени! Холлис сжала вокос в кулаках, глубоко вдохнула. Она продержится. Потому что, когда выйдет правда… когда Айлет узнает… все кончится.

Она или спасет, или обречет их всех.

* * *

Айлет спустилась в главную комнату дома перед восходом солнца и поставила воду с овсом на огонь. Казалось, она не спала неделями. Странные сны мучили ее ночью. Сны об охоте. Сны о преследовании фигуры, которую не могла увидеть до последнего, и она заметила на миг лицо. Сны о…

Шаги зазвучали на лестнице. Айлет повернулась, Холлис прошла в комнату. Она была в сапогах со шпорами, красный капюшон скрывал голову.

— Ты на охоту?

Холлис без эмоций посмотрела на Айлет.

— Вчера пришла весть о захваченном тенью, которого видели в пяти днях езды отсюда. Я ждала твоего возвращения, но больше медлить не могу, — она прошла к шкафу у стены и открыла его, разные колчаны с ядовитыми дротиками, ее ножи и прочие предметы лежали там. Ее ножны для вокоса и детрудоса уже висели на ее поясе. С легкостью многих лет опыта венатрикс закрепила колчаны на груди, застегнула щитки на руках, прицепила скорпиону. — Меня не будет около двух недель. Может, дольше. Зависит от сложности охоты.

Айлет пристально смотрела на нее, мышцы напряглись, как при враге. Она была готова при малейшей провокации броситься действовать, но не знала, почему.

Холлис закрыла шкаф и прошла к двери, где уже были готовы седельные мешки с припасами. Айлет не заметила их прошлой ночью, отвлекшись на отчет. Холлис повесила мешки на плечо и открыла дверь, замерла на миг.

— Ты не покинешь Гилланлуок, пока меня нет. Подготовь останки собаки для каструма Брекар, — она посмотрела в глаза Айлет.

В тот миг Айлет будто увидела… она даже не могла описать, что. Бурю крыльев в темном облачном небе. Вспышку узнавания.

Без слов Холлис вышла за дверь и захлопнула ее за собой.

Айлет сидела на стуле у камина, забыв об овсянке. Она сжимала деревянную ложку в кулаке как оружие, слушала стук копыт во дворе. Врата открылись и закрылись за ее наставницей.

Она была одна. Снова. Осталась без важного задания в плену своего дома.

Аппетит вдруг пропал. Айлет сняла котелок с огня, накинула плащ от осенней прохлады и прошла к Честибору, позаботилась о нем и направилась в трупный дом. Неприятное задание подготовки трупа точно поможет прогнать мысли о кошмарах из головы.

Часы спустя она была по локти в крови, пятна были и на лбу, когда она невольно убирала пряди волос грязными ладонями. Айлет вернулась в дом. Она наполнила самый большой котелок Холлис водой, повесила его на крюк над углями. Нетерпение подгоняло ее сорвать котелок чуть теплым, но она напала на грязную кожу твердым мылом, отвлекая себя на то, чтобы стать чистой.

Закончив, она устроилась на стуле у стола. Она могла заняться разными делами. Вырезать новые дротики, осторожно обмакнуть наконечники в разные яды. Она могла вытащить вокос или детрудос и тренировать разные чаропесни или установить мишень во дворе и стрелять из скорпионы.

Но она сидела. Смотрела в пустоту. Видела снова то небо, то странное скопление крыльев.

И лицо Холлис.

Холлис была в ее разуме прошлой ночью. Она была уверена. Но не знала, почему. Не представляла, для какой цели. Но ее наставница использовала магию Призрака и вторглась в личное Айлет, в ее сны и подсознание.

Возможно…? Могла ли Холлис подавлять ее воспоминания?

Она с резким рычанием ударила по столу и встала. Она не хотела так думать. Она любила Холлис. Холлис… была всем! Ее наставницей, матерью, единственной подругой. И Холлис любила ее, она на это надеялась. Насколько Холлис вообще могла любить. Венатрикс всегда заботилась об Айлет, учила ее, следила, чтобы дух в ней не захватил ее.