Дикари, как Ларанта, не создавали проклятия. Их магия была совсем другой, связанной с силой и повышенным восприятием.

Решив, что едкие замечания Террина не заслуживали ответа, Айлет повернулась к чарам барьера. Сердце колотилось, и она поняла, что хотела сделать. Намерение возникло раньше плана, но обратного пути теперь не было. Ей нужно было посмотреть за чары, в мир на другой стороне. Она была слишком близко. Нужно было увидеть.

Она шагнула ближе и вгляделась в Ведьмин лес.

Сердце сжалось от ужаса, желудок мутило, желчь обжигала горло. Она попятилась, отвернулась и согнулась. Из нее ничего не вылилось, но это было хуже. Тошнота сдавила ее живот и осталась там. Вместе с картинкой в голове, которую она отчаянно желала как-то развидеть.

Террин смотрел на нее. Она ощущала лед его взгляда на своем затылке, и это даже успокаивало. Что-то в ее презрении придало ей сил, и она взяла себя в руки, встала и повернулась к нему, не пустила дрожь в голос, когда сказала:

— Там кто-то есть, — сообщила Айлет. — На другой стороне. Думаю, это венатор Нейн.

Глава 17

Террин смотрел на нее, как на сошедшую с ума. Айлет глубоко вдыхала, пытаясь успокоить желудок, и смотрела, не мигая, в его глаза.

— Как это — Нейн? — осведомился венатор. — То есть… его тело?

Айлет кивнула.

— Я не увидела лица. Хотя я и не узнала бы Нейна. Но там был капюшон. Красный. И детрудос, — она закрыла глаза, желая прогнать увиденное из головы. Ведьмин лес не был простым лесом. Она знала, что там был мрак. Она ожидала злобу и хищность.

Но не ожидала безумства. Отвратительный вид деревьев из плоти, впивающихся в землю голодными корнями, вдыхающих воздух и выпускающих густой ядовитый пар. Это было зло, но не далекое и теоретическое. Это было осязаемое зло.

И все это ждало за тонкой паутиной магии.

Почему Нейн вошел туда? Зачем туда идти, даже в отчаянии? Она закрыла глаза, желудок сжался, несмотря на старания успокоиться. Сколько слуг Жуткой Одиль убежало за Барьер? Алые дьяволы, ее лейтенанты. И другие, которых гнал Орден. Разве не лучше было принять судьбу? Умереть и покинуть этот мир?

Но смерть означала вечность в Прибежище. Айлет вспомнила, что заметила в тех дырах в реальности, когда помогала Холлис прогнать души из этого мира в адское царство. Если тень убегала из Прибежища, она билась, чтобы не вернуться. И могла выбрать Ведьмин лес вместо этой судьбы.

Но это не объясняло поступок Нейна. Если она видела Нейна лежащим на лице в шагах от Барьера. Так близко к свободе! Он преследовал захваченного тенью и не понял, куда тот его вел? Нет. Даже неопытная Айлет так не ошиблась бы. Барьер был заметным, слишком сильным. Нейн сам решил пойти за добычей туда.

Она посмотрела на Террина, разглядывающего Барьер. Его лицо было ледяной маской, не раскрывало смятение, которое она ощущала. Но его взгляд двигался резко по магической паутине, так что он обдумывал свои вопросы, схожие с ее.

Он вдруг стиснул зубы, шагнул в Барьеру и, как Айлет до этого, посмотрел за него. Выдохнув с шипением, венатор отпрянул быстрее нее, кривя губы, и шрам на правой щеке натянулся, когда он стиснул зубы.

— Ты его видел? — спросила Айлет шепотом, хотя ее никто не подслушал бы. Но после того, что она увидела в Ведьмином лесу, ей казалось, что он и слышал через Барьер.

Террин кивнул, а потом покачал головой.

— Я увидел тело. Это может и быть, и не быть Нейн. Мы… — он отпрянул на шаг, другой, щурясь, как от яркого света. — Нам нужно отчитаться принцу и…

— Отчитаться? — удивилась Айлет. — Сказать, что мы ничего не нашли? Что увидели тело венатора, но не уверены в этом? Что нашли заплату в Барьере, но не знаем, кто ее оставил?

Венатор мрачно посмотрел на нее.