— Ребята, ничего страшного, держитесь! Увидимся за ужином. Обещаю.

— Папа! — всхлипнула Стейси.

— Все будет хорошо.

— Сэр, — сказал Корн, беря Ричарда под руку.

— Подождите, — вмешался я. — Я позвоню Майло.

Полицейские как по команде усмехнулись. Я понял, что сказал какую-то глупость.

Деметри зашел Ричарду за спину, Корн не выпускал его руки. Здоровенные полицейские повели коротышку к машине.

Деметри обернулся.

— Майло все знает.

— Не надо, — едва слышно произнес Майло. — Ничего не говори.

Часы показывали 5:23. Я находился в приемной управления полиции Западного Лос-Анджелеса, а Майло только что спустился ко мне.

Мне очень хотелось ткнуть в его ладонь кулаком, но я дождался, пока она опустится. Майло снял пиджак, но его галстук был затянут слишком туго, отчего шея и лицо налились кровью. А ему-то на что злиться?

Я прождал в приемной больше часа, в основном оставаясь наедине с дежурным, рыхлым неразговорчивым вольнонаемным по имени Дуайт Мур. Я знаком кое с кем в Западном управлении, но не с Муром. Он встретил меня настороженно, словно я пытался что-то ему продать. Когда я попросил его вызвать детектива Стерджиса, Мур очень долго пробовал связаться с комнатой следователей.

В течение следующих шестидесяти трех минут я грел своим задом пластмассовый стул, пробуя все знакомые способы сохранять спокойствие, а Мур тем временем отвечал на звонки и перекладывал по столу бумаги. Прождав минут двадцать, я встал и подошел к столу.

— Сэр, почему бы вам не отправиться домой? — спросил Мур. — Если детектив Стерджис действительно знает вас, ему известен ваш телефон.

Я стиснул кулаки.

— Нет, я подожду.

— Как вам угодно.

Сходив в дежурную комнату, Мур вернулся с большой кружкой кофе и глазированной булочкой. Он ел, повернувшись ко мне спиной, небольшими кусочками, постоянно вытирая с подбородка крошки. Время почти не двигалось. В управление входили и выходили люди в синей форме. Кое-кто здоровался с Муром, но без особого энтузиазма. Я думал о том, что в присутствии Эрика и Стейси их отца забрала полиция Лос-Анджелеса.

В четверть шестого в участок пришла пожилая пара в однотонных зеленых плащах. Они поинтересовались у Мура, что им делать по поводу потерявшейся собаки. Тот, натянув на лицо презрительную ухмылку, дал телефон Службы контроля за животными. Когда женщина попыталась узнать у него еще что-то, Мур бросил: «Я не из Службы контроля за животными» и повернулся к ней спиной.

— Член ты собачий, — в сердцах промолвил мужчина.

— Херб, не надо, — сказала жена, увлекая его к двери.

— И они еще удивляются, почему их никто не любит, — заметил на прощание старик.

Пять часов двадцать семь минут. Об Эрике и Стейси ни слуху ни духу. Я считал, что если бы они сюда приехали, их бы пропустили наверх, но Мур отказывался подтвердить мои предположения.

Я гнался в своем «Севиле» следом за черным БМВ Ричарда. Пулей промчавшись по лощине, Эрик вклинился в оживленное движение Уэствуда.

Следить за ним было легко: машина лезвием оникса рассекала грязный воздух. У меня снова мелькнула мысль, не ее ли видел Пол Ульрих неподалеку от Малхолланда. Ричард, Эрик...

Мальчишка ехал слишком быстро и рискованно. На пересечении Сепульведы с Уилширом он проскочил на красный свет, вылетел на разделительную линию, уходя от столкновения с грузовиком, и под сердитые сигналы клаксонов понесся дальше. Я, остановившись на светофоре, потерял его из виду. Когда мне наконец удалось добраться до полицейского участка, черного БМВ нигде поблизости не было.