Лорд Де Курси был дома, однако его присутствие не добавило крюшону из красного вина ни веселья, ни даже оживления. Впрочем, молодые джентльмены горячо обсуждали предстоящие выборы, а разделявший компанию мистер Нартвинд делился самыми радужными надеждами.

– Могу заверить, что внес свой вклад в успех, – похвастался Фрэнк. – Заполучил голос хориста.

– Что? Убедили Бэгли? – удивился Нартвинд. – Надо же! Хитрец постоянно от меня прятался, так что не смог с ним встретиться.

– Я тоже его не застал, – признался Фрэнк, – но голосом все равно заручился.

– Каким же образом? Написали письмо?

– Нет, не письмо, – взглянув на епископа и графа, тихо ответил Фрэнк. – Добился от его жены обещания повлиять на выбор мужа. По-моему, он из отряда подкаблучников.

– Ха-ха-ха! – рассмеялся добрый епископ. Оказалось, что, несмотря на попытку Фрэнка говорить вполголоса, святой отец все слышал. – Значит, вот как вы работаете с электоратом в нашем соборном городе? Ха-ха-ха! – Мысль, что один из церковных хористов – подкаблучник, показалась епископу крайне забавной.

– О, я добился конкретного обещания, – гордо заявил Фрэнк и опрометчиво добавил: – Вот только для этого пришлось заказать шляпы для всей семьи.

– Тише! – воскликнул мистер Нартвинд, до глубины души потрясенный столь бесстыдным поведением одного из друзей клиента. – Уверен, что ваш заказ ничего не значил и не имел ни малейшего отношения к голосу мистера Бэгли.

– А разве это неправильно? – искренне удивился Фрэнк. – Честное слово, не сомневался, что поступаю абсолютно законно.

– В вопросах выборов нельзя никому ни о чем рассказывать, правда? – обращаясь к мистеру Нартвинду, заметил достопочтенный Джордж.

– Желательно распространять как можно меньше информации, мистер Де Курси, как можно меньше. В наши дни трудно понять, что правильно, а что неправильно. Например, в городе живет некто Реддипалм – трактирщик, владелец пивной «Бурый медведь»! Конечно, я туда зашел. Ему предстоит голосовать, а если кто-то в Барчестере и собирается подать голос за друга герцога, то именно он. Так вот, разговаривая с ним, я умирал от жажды и мечтал о кружке пива, но так и не осмелился заказать.

– Почему же? – удивленно воскликнул Фрэнк, в чье сознание только-только начала проникать великая доктрина чистоты выборов в том виде, в каком ее понимают в провинциальных английских городах.

– Дело в том, что Клозерстил нанял шпиона, чтобы тот повсюду за мной следил, и теперь я не могу пройти по улице без того, чтобы каждый шаг не был отмечен и учтен. Сам люблю острую борьбу, но до такой остроты никогда не дохожу.

– И все же я заручился голосом Бэгли, – повторил Фрэнк, гордый своими успехами в агитации и привлечении избирателей. – Можете не сомневаться, мистер Нартвинд: ни один из наемников Клозерстила в этот момент за мной не следил.

– А кто оплатит шляпы, Фрэнк? – поинтересовался достопочтенный Джордж.

– О, если Моффат откажется, то заплачу сам. Да и вообще собираюсь открыть там счет: у них есть хорошие перчатки и кое-что еще.

– Несомненно, перчатки необыкновенно хороши, – подтвердил кузен.

– Полагаю, ваша светлость уедет в Лондон вскоре после начала заседаний парламента? – обратился епископ к графу.