– Итак, Фрэнк, – заключил достопочтенный Джон, – похоже, ты положил глаз на наследницу.

– Этот парень не оставляет нам шансов, – подхватил достопочтенный Джордж. – Если продолжит в том же духе, то не пройдет и месяца, как независимая леди станет миссис Грешем. Но послушай, Фрэнк, что она скажет о твоем способе привлекать голоса в Барчестере?

– Мистер Грешем, несомненно, приносит огромную пользу в работе с электоратом, – примирительно вступил в разговор мистер Нартвинд, – вот только действует слегка прямолинейно.

– Как бы там ни было, а я завербовал для вас этого хориста, – обиженно возразил Фрэнк. – Без моего содействия вы ни за что бы его не получили.

– Лично я думаю не столько о голосе хориста, сколько о голосе мисс Данстейбл, – пояснил достопочтенный Джордж. – Вот интерес, действительно достойный внимания.

– Но послушайте, – удивленно проговорил мистер Моффат, – разве у мисс Данстейбл есть недвижимость в Барчестере?

Бедняга! Сердце его до такой степени сосредоточилось на выборах, что для мыслей о любви не осталось свободного уголка.

Глава 17

Выборы

Наконец наступил долгожданный день выборов, и некоторые сердца забились куда чаще. Быть или не быть членом британского парламента – вопрос весьма важный. О высокой цене, которую добившиеся желанного успеха счастливцы платят за обретенную честь, было сказано немало: о невероятной дороговизне предвыборной кампании, о долгих утомительных часах неоплаченного труда, о скучном сидении в палате общин. И все же награда достойна приложенных усилий, достойна любой цены, кроме блуждания в грязи и бесчестье.

Ни одна другая великая европейская держава – даже из числа стран свободных, имеющих, подобно нам, пользующуюся уважением конституцию, – не готова предоставить честолюбию своих граждан истинный суверенитет и сильную власть. Только у нас существует такая система выборов, и когда человек претендует на место в парламенте, то вступает в напряженную, сложную игру с самой высокой ставкой, которую способно позволить государство.

Некоторым родившимся в рубашке счастливцам место в парламенте достается естественным путем. С молодых лет эти люди не представляют, как можно не заседать, а потому не ценят той чести, которой обладают, считая ее чем-то само собой разумеющимся. Как правило, баловни судьбы даже не видят смысла в долгом сидении в зале заседаний, хотя, когда наступает противоположное состояние – а оно все-таки рано или поздно наступает, – в полной мере осознают, насколько ужасно отсутствие в сонме избранных.

Однако тем храбрецам, кто стремится получить доступ в высшие сферы или, однажды испытав счастье, вынужден добиваться его снова, предстоящие выборы приносят множество хлопот, волнений, забот и страхов. О, до чего же радостно слышать, что соперник отказался от участия в борьбе и территория свободна! Или в результате опроса убедиться, что большинство голосов обеспечено, а торжество над неудачливым конкурентом не вызывает сомнений!

В день выборов в Барчестере ни одна из перечисленных радостей не согревала душу мистера Моффата. Неутомимый агент, мистер Нартвинд, не гарантировал безусловного успеха. Обе стороны понимали, что предстоит напряженная борьба, поэтому мистер Нартвинд брал на себя смелость утверждать, что победа не заставит ждать – но только если обстоятельства сложатся благоприятно.

Мистеру Нартвинду приходилось заниматься и другими выборами, из-за чего со дня приезда мисс Данстейбл он не жил в замке Курси постоянно, но, когда мог, приезжал туда и в Барчестер, так что мистер Моффат с опаской представлял, насколько значительным окажется счет за услуги агента.