– Именно это я имею в виду, – ответил доктор, подняв голову от документов; в глазах его блестели слезы, а на губах играла торжествующая улыбка. – Больше того, сквайр, в настоящий момент вы должны мисс Торн конкретно… тоже где-то записал сумму, но тоже не нахожу. Итак, когда же собираетесь заплатить? Мисс Торн очень спешит, как все молодые леди перед свадьбой.

Доктор пытался шутить, чтобы немного ослабить вес обрушившихся на отца и сына новостей, но сквайр не оценил шутку и с трудом воспринял серьезную часть сообщения:

– Подразумеваете, что отныне Боксал-Хиллом владеет Мэри?

– Совершенно верно, – подтвердил доктор и собрался добавить: «И Грешемсбери тоже», но, к счастью, вовремя сдержался.

– Что, всем поместьем?

– И это только малая доля ее владений, – подтвердил доктор. – Если бы этим все ограничилось – тогда было бы проще. Вот, посмотрите: документы на обладание Боксал-Хиллом. Это едва ли не простейшая часть всего наследства, так что Фрэнк может хоть завтра там поселиться.

– Подождите мгновение, доктор Торн! – подал голос впервые с тех пор, как услышал поразительное известие, Фрэнк.

– А вот здесь, сквайр, документы на Грешемсбери. – Доктор особенно церемонно убрал прикрывавшие стопку газеты. – Посмотрите, они снова едины. Когда я предложил мистеру Снилэму передать их в библиотеку поместья, он едва не упал в обморок. Поскольку не могу вернуть важные бумаги вам, придется ждать, пока Фрэнк их передаст.

– Но, доктор Торн… – вновь заговорил Фрэнк.

– Да, мой мальчик?

– Мэри обо всем этом уже знает?

– Понятия не имеет. Полагаю, ты должен сам обо всем сообщить.

– Может быть, в изменившихся обстоятельствах…

– Да?

– Перемены настолько внезапны и значительны, влекут столь важные последствия, что Мэри может пожелать…

– Пожелать? Чего пожелать? Вообще ничего об этом не слышать?

– Не стану принуждать ее держать данное мне слово… то есть ей необходимо время на раздумье.

– О, понимаю, – усмехнулся доктор. – Значит, время на размышление. Сколько времени мы ей предоставим, сквайр? Трех минут будет достаточно? Иди к невесте, Фрэнк, она скучает в гостиной.

Молодой человек подошел к двери, но остановился, а потом вернулся.

– Нет, не могу. Сам еще не все понимаю. До такой степени растерян, что не сумею объяснить. – Он сел за стол и от избытка чувств разрыдался.

– Неужели Мэри действительно ничего не знает? – уточнил сквайр.

– Совсем ничего. Мне хотелось предоставить право первенства Фрэнку.

– Нельзя держать девочку в неизвестности, – покачал головой сквайр.

– Ну же, Фрэнк, иди скорее, – поторопил доктор робкого жениха. – Ты не стеснялся в визитах, зная, что должен держаться в стороне.

– Не могу, – повторил Фрэнк после долгого молчания. – К тому же это будет неправильно: похоже, что я намерен извлечь выгоду.

– Идите вы, доктор: только вы сможете найти единственно верные слова, – посоветовал сквайр.

Поразмыслив, доктор Торн поднялся и направился в гостиную, хотя тоже опасался предстоящего разговора, но ведь кто-то должен сообщить Мэри важную новость.

Когда дядюшка вошел, Мэри стояла посреди комнаты, как будто только что мерила пространство шагами. Бледное лицо выражало тревогу, а глаза – откровенный страх. Волнение, надежда, неизвестность этого утра оказались чрезмерными.