Суонсон с трудом взял себя в руки.

– Вы уж простите мне эту истерику, доктор Муи. Эта особа умеет распознавать больные места.

– Уверена, что не только ваши. Что насчет нашего покупателя?

– Он приедет сюда завтра после полудня.

– Отлично. Я заготовлю кровь для переливания. Если все пройдет удачно, прооперируем его через день. – Она прошла мимо него и открыла дверь. – Вы не возражаете?

– До того, как мы начнем обход, расскажите мне, что нового произошло за прошедшую неделю? – спросил Рональд Суонсон, следуя за ней в приемную.

– Сегодня утром скончался Мэттью Стайн.

– Мэттью Стайн, – повторил тот. Смесь гнева и сострадания в голосе резко контрастировала с деловым тоном доктора Муи. – Ему было всего тридцать семь!

– Он уже довольно долго находился на диализе. Несколько дней назад он впал в кому и в сознание больше не приходил.

– Это преступление! Настоящее преступление. – Как часто бывает, гнев подавил сострадание. – Ведь речь идет о простейшей операции. Да и доноров вокруг полным-полно, просто никто не хочет помогать умирающим. И больные погибают один за другим. Куда, черт побери, смотрит правительство? Ничего бы страшного не произошло, если бы органы людей, умерших от травм головного мозга, в принудительном порядке использовались для трансплантации. Возьмем Францию – они практикуют это с семьдесят шестого года, и мир с головы на ноги не перевернулся.

Бизнесмен оседлал любимого конька. Сколько раз уже приходилось ей выслушивать подобные сетования! Дженнифер Муи не стала терять время даром и принялась мысленно составлять расписание процедур на ближайшие два дня. Да, горячая их ждет пора! Внимание к мелочам – вот истинный залог успеха. Нужно продумать все. Малейшая оплошность – и твой пациент умрет. На момент пересадки органов вероятность благополучного исхода составляет девяносто семь процентов. Она несколько снижается, если органы изымаются у погибших, в этом случае вероятность уменьшается до девяносто двух процентов. Слава богу, богатые клиенты могут позволить себе не только самый лучший наркоз, но также прекрасный уход после операции: все они безумно боятся инфекций и щедро платят, чтобы предотвратить малейшие осложнения. Хорошо, что на этот раз ей не придется думать о разнице в пять процентов.

* * *

Селуччи проснулся. Ему снилась кровь, целое море крови, и что-то еще, чего он никак не мог припомнить. Секунду он лежал не шевелясь, прислушиваясь к биению сердца, которое готово было, казалось, выпрыгнуть из груди. С головы до ног он весь был покрыт холодным потом. Удивительно, как ему все же удалось заснуть. Судя по теням на стене, время было около четырех, ну, в крайнем случае, не больше пяти часов вечера Солнце сядет в 7:48. Самое позднее в 9:00. Вики бросится на его поиски.

Она от клиники камня на камне не оставит, да и от всего, что попадется ей на пути. Жаль, что Салливана она там не встретит, подумал он, представив себе их встречу лицом к лицу.

Если в клинике Вики ничего не обнаружит, то двинется прямехонько к Суонсону. И если тот в самом деле замешан в этом преступном бизнесе, к полуночи с ним уже будет покончено. Он, правда, может обратиться к помощи полиции, но для начала ему придется обеспечить себе железное алиби.

Ну а если Суонсон все-таки ни при чем – и такой вариант ведь вполне возможен, – тогда Вики вряд ли сможет быстро прийти ему на помощь.

А она ведь располагает временем только довосхода солнца.

Майк поежился. Рассвет казался чем-то вроде смертного приговора. Рука под повязкой слегка зудела, напоминая, что, возможно, его и не спасут. Вчера у него взяли кровь, а что еще они могут у него забрать? Много ли осталось времени до операции? А после нее.