Тогда у меня будут большие проблемы.

Глава 7. Легенды вечны. Часть I

Оставив Вэрриша у подножья горного хребта, я решил лишний раз не суетиться и действовать размеренно, так, как будто никакого давления со стороны на меня не оказывается вовсе. Уже понятно, что, скорее всего, с моим спутником не всё чисто, а это место представляет определённый интерес для Марека. Что до его слов про потери, то они абсолютно ничего не проясняют, так как истина — понятие безумно растяжимое. «Потеряешь немало» — могло значить что угодно. Например, я мог потерять время, и сейчас это было действительно немало. Или доверие к тому же Мареку, узнай я в этих скалах что-то важное, но намеренно им скрытое.

Так или иначе, но в корне изменившееся отношение предка ко мне более на позволяло верить ему так же, как и ранее. Я хоть и зарёкся играть в параноика и подозревать всех и вся, но когда один и тот же человек сегодня обещает тебе во всём помогать и предоставлять максимально полную информацию, а завтра начинает говорить загадками и корчить из себя непонятно что, определёнными вопросами неизбежно задашься.

Раз уж мы договаривались сотрудничать, то вот так менять условия сделки…

Потерев переносицу, я пару раз взмахнул крыльями и спустился чуть ниже, окинув взглядом тянущиеся подо мной горы. Я летел уже полтора часа, но не встретил ни одного живого существа. Да и звериных троп тоже видно не было — следовательно, тут или обитали особые твари, или их не было вовсе. А где же птицы Рух? Правильно — отсутствуют. Иначе на меня бы давно набросились их дозорные, стерегущие границы своих охотничьих угодий.

Конечно, колония птиц может быть совсем маленькой, или живут они ещё глубже в скалах, но хребет не слишком велик, а популяция этих монстров зависит только и исключительно от того, сколь много земли они под себя подмяли.

А существ, способных составить им конкуренцию я в округе не видел.

Постепенно зелень, покрывающая основания горных склонов начала редеть, а спустя ещё полчаса внизу не осталось ничего кроме мёртвого камня и снега. И именно тогда далеко впереди, там, куда меня влекло это странное чувство, показались явно рукотворные элементы, поначалу принятые мною за шпили башен — до того велики они были. Но по мере приближения к ним я заметил и то, что их высота слишком сильно разнилась между собой, и то, что располагались они на условных прямых, но абсолютно бессистемно. Когда же до якобы башен осталось лететь меньше пяти километров, я понял, что это — остатки некогда величественных стен.

— Ну, привет… — Я опустился на вершину наиболее уцелевшей части видимого комплекса, окинув взглядом открывшуюся картину. — … драконья крепость.

Здесь было, на что посмотреть. Во-первых, здания выделялись воистину драконьими размерами, и даже разрушенные могли похвастаться изрядной долей элегантности — над архитектурой старательно и качественно поработали, создав шедевр своего времени. Возможно даже, что это была совсем не крепость, а, скорее, небольшой форпост, истинное предназначение крылось в магической поддержке драконов. И так как противников у ящеров не было вплоть до появления потомков дракона-предателя, то это место возвели во время войны. Почему я так считаю?

Собственно, здесь-то и кроется второй пункт: в этом месте было много маны, которую я не мог обнаружить до тех пор, пока не пересёк странного вида барьер, состоящий из праны от и до. И сейчас, глядя на эту крепость и тончайшую, не пропускающую даже эха маны плёнку за своей спиной я понимал, что тогда, в башне, Вэрриш продемонстрировал способность к манипуляции праной, о которой никто никогда ничего не слышал.