Какой же я слепец! Всё, абсолютно всё указывало на то, что Вэрриш не человек и даже не демон, но я, погружённый в навязанные Мареком проблемы, этого просто не видел.

Я шагнул вперёд и спрыгнул вниз, приземлившись сначала на уцелевшую несущую стену некогда могучего здания, а после — на присыпанную изрядным слоем земли дорогу. Очевидно, магия как-то защищала это место, иначе оно было бы засыпано куда сильнее. Да и разрушения… не сразу, но можно заметить, что разрушения обеспечило не время, а некий внешний фактор.

Боевая магия, например.

Неспешно, прислушиваясь к своим ощущениям и вглядываясь в совершенно мне незнакомые, но не несущие угрозы вплетённые в камень и металл заклинания, я двигался туда, куда меня влекла кровь.

Драконов боялись. Драконов почитали. Драконов помнили. О них слагали легенды и песни, а их существование оставило свой отпечаток в творчестве всех рас, населяющих этот безымянный мир. И я не раз слышал о том, какие они великие. Своими глазами видел фантом битвы, в которой они принимали участие. Но всего этого было недостаточно, чтобы проникнуться их мощью. В той магии, что они мне показали, не было той прекрасной смертоносности, что пропитывала движения каждого бойца, что посвятил искусству убийства всю свою жизнь. Мощь — была. Массивность — была. Но не красота, понять которую дано не всем.

Они сражались, но делали это так, будто после этой битвы никогда больше не повторят ничего подобного.

Драконам, а не кому-то ещё досталась огромная сила, а вместе с ней и ответственность за прочие расы. Но поняли ли они, как ею пользоваться? Научились ли? Сейчас я смотрел на жалкие остатки былого величия — и постепенно понимал.

Нет. Лишь один-единственный дракон за всю историю попытался понять и изменить своему предназначению, за что его нарекли предателем. Всем остальным хватало и того, что выше них стояли лишь те, кто вдохнул в этот мир жизнь. Осмелюсь предположить, что и войну они проиграли лишь оттого, что никогда к ней не готовились. с их подавляющей мощью им это просто не требовалось, и массивные, но абсолютно топорные, пылающие маной заклинания, сохранившие руины в целости и сохранности тому прямое подтверждение. Драконы не развивались, выполняя свою роль словно роботы. И я совсем не удивлюсь, если их и создавал такими кто-то, кто работал над этим миром.

Это было попросту смешно: высшие существа, обладавшие раньше и обладающие сейчас силой, в разы превышающей таковую у рядовых магов и мастеров меча, оставили после себя зачарованную крепость в таком виде, будто над ней работали артефакторы-подмастерья из глубокой провинции. А если у них такая беда с контролем из-за силы, то я драконам не завидую и даже искренне сочувствую. К чему это всё? Ну, пожалуй, к тому, что несмотря на все свои недостатки они были воистину прекрасными созданиями в магическом смысле.

Но вот я прошёл дальше, миновал несколько отдельно стоящих руин и у ведущего куда-то под землю входа заметил нечто, выбивающееся из общей мертвенно-серой гаммы — и этим чем-то оказались белоснежные, покрытые алым налётом драконьи кости. Но если вспомнить, как выглядели те драконы, с которыми сражалась армия Марека, то можно сказать, что лежащие передо мной останки серьёзно отличались: четыре лапы и два крыла, а не две лапы плюс совмещённые крылья. Торс был гораздо крупнее, а вот хвост наоборот — длиннее и изящнее. Марек ничего не говорил мне о других видах драконов, да и Доу один-в-один походил на своих предков. Разве что был чуть помельче, но вряд ли драконы вечны, среди них должны быть и молодые, и старые.

Тем единственным, что заставило меня напрячься, стало отсутствие других останков. Если драконы схватились здесь с армией Марека, то и умереть их должно было несколько больше, чем один.