А Кон, будучи одним из первых сподвижников Короля Демонов знал не много, а очень много.

В коридоре заметно похолодало, а прокатившееся по коже покалывание заставило меня взять себя в руки. Я уже давным-давно научился контролировать магию в своём теле, но теперь, когда оно перестроилось от и до и, вдобавок, пострадало в бою, — внутреннее напряжение, испытываемое на тех скоростях, которых я достиг в стремлении быстро закончить бой было огромно, и любого мага-императора просто убило бы, — дал слабину. А потому скорость, с которой я вновь нёсся по коридорам собственного дома возрасла многократно — я не мог допустить даже крошечной вероятности того, что моя мана навредит дочери или кому-то из родных. Ведь если из-под контроля вырвется даже та четвёртая часть резерва, что мне удалось сохранить, выживут лишь те, кто уже достиг королевского ранга, и те, кого они сумеют защитить. Моя мана ещё давным-давно считалась крайне агрессивной, а к нынешнему моменту её разрушительная сила превзошла всякие пределы.

Мой лёд — это не только элемент, к которому я испытывал наибольшую тягу, но и способ сковать, направить магию туда, куда нужно мне. Ни огонь, ни земля, ни даже ветер с водой в своём исконном виде не могли похвастать подобным, из-за чего со временем пропали из моего арсенала. И если поначалу это замещение происходило подсознательно — я даже не обращал внимания на то, что остальные элементы планомерно исчезают из моей жизни, то вскоре нагрянуло понимание. Тогда я и избрал своим приоритетным элементом Лёд, решив не грести против течения и принять его умертвляющий холод.

Палач со своим стремлением отбросить всё самое дорогое в моих глазах отлично сочетался со льдом — стихией, во всех мирах ассоциирующейся с отсутствием эмоций и привязанностей, что позволяло надеяться на их превосходную синергию при формировании аспекта. И так как мой фундамент уже сейчас был наголову выше ожидаемого, то я решил не мелочиться, нацелившись на общий, а не стихийный аспект. И шансы всё-таки его достигнуть уже сейчас меня обнадёживали, а после воплощения в жизнь инструкций Марека приближались к пятидесятипроцентному значению.

И это, если обобщить все известные мне факты, очень и очень много. Лан, которого я заслуженно опасался, — да и сейчас побаиваюсь — дать ему отпор, появись он прямо сейчас под стенами Великого Дома, будет невозможно даже для меня, если не прибегать к неконтролируемому прорыву на божественный уровень, — обладал простым стихийным аспектом огня. Это должен быть низший уровень из всех возможных — опять же, на основании всего того, что знал я сам. Далее шли такие же простые, но общие аспекты. Кара, скорость, разрушение — примеров можно привести сотни и тысячи, но все они довольно прямолинейны и просты, а в сравнении с дарами иллити их вообще можно назвать топорными.

На ступень выше расположились аспекты, состоящие из двух взаимосвязанных слов. И, что логично, низший ранг на этой ступени занимали стихии. Всеобъемлющий холод, вечное пламя — комбинаций было более, чем достаточно, и уже они могли похвастать какой-то оригинальностью. Но стихийные парные аспекты даже близко не подходили к парным общим, которых я и планировал достигнуть.

И на данный момент моей целью была Неизбежная Кара.

Пока я мог лишь гадать, какие свойства раскроет этот аспект, но рассчитывал на то, что Палач послужит направляющей для моей эволюции, и эффективность Неизбежной Кары будет наголову выше использованных в качестве фундамента способностей.

Ведь мистическая, таинственная и непостижимая для большинства смертных сила была конструктором, из которого маг самостоятельно собирал то, что ему требовалось. Кто-то к возвышению не готовился и получал прямое улучшение своих способностей, как Лан, переживший катаклизм и ставший воплощением разрушительного огня; кто-то вовремя всё понимал и начинал менять себя и свою магию в надежде на получение конкретного результата; а кто-то, как ваш покорный слуга, хватался за шанс и набирал полные руки козырей, пытаясь собрать из них нечто подавляющее, но не выходящее за границы разумного.