Если бы не их помощь, то я с огромным шансом провалился бы в вознесении и получил не желанный двойной общий аспект, а обычный общий, если вообще не стихийный. Без знаний, без изменённого тела, без подготовки, о которой я в принципе не мог ничего знать желание запрыгнуть на вершину было подобно попытке обычного человека с разбега перемахнуть через ущелье шириной в сотню метров. Пять, может быть семь метров ты, конечно, пролетишь, но потом гравитация возьмёт своё — и ты украсишь своим переломанным телом камни на дне этого самого ущелья. Аспект в таком случае можно обрести с тем же шансом, с которым внизу окажутся деревья, и ты об них не убьёшься, насадившись на сук, а смягчишь падение. Это не пятьдесят на пятьдесят и даже не девяносто на десять, а нечто на целый порядок меньшее.

Вот такие дела.

Я наконец-то добрался до цели, поднявшись на вершину башни и подставив лицо прохладному вечернему ветру. Небо, к моему удивлению, оказалось девственно чистым — были видны все звёзды до единой несмотря на то, что я ожидал увидеть лишь хмурые тучи, неизменно сопровождающие самые сильные мои заклинания. Лёд не появлялся из ниоткуда, и самым простым способом для снижения затрат маны был сбор влаги из окружающего пространства — в том числе и концентрированной, в виде туч.

— Когда, интересно, я в последний раз вот так смотрел на звёзды…? — Хмыкнув, я сел на холодный камень, а секундой позже и вовсе лёг, подложив под затылок руки. Демону трудно заболеть, а демону-магу моей силы — практически невозможно. — Эй, Всевышний. Знаешь… если ты всё-таки за мной наблюдаешь, то — знай. Этот отпуск… он чертовски хорош, что бы я ни говорил раньше.

А в ответ — тишина, лишь звезда по небу пролетела. Знак ли это, или одна из тех случайностей, что заставляют людей верить в несуществующие вещи? Не знаю — да и не хочу знать. Какая, в целом, разница, если до моей смерти всё равно ничего не изменится? А уж там если суждено будет отправиться на перерождение, а не на службу…

За моей спиной гулко приземлился Дигон, сумевший одним прыжком взлететь на вершину башни, а следом на крышу мягко опустилась Гесса. Так как я смотрел на них в магическом восприятии, то некая странность в облике жены от меня не укрылась — и я резко обернулся лишь затем, чтобы, ступив в крайнюю степень удивления, широко распахнуть глаза.

— Ты тут, часом, не самоубиться решил, раз аж за барьер выбрался…? — Дигон, видя полнейшее непонимание на моём лице, обернулся — и тихо выругался. Видно, он тоже не совсем ожидал увидеть за спиной демонессы пару аккуратных крыльев, подозрительно напоминающих таковые у меня. — Знаешь, а я тоже хочу себе крылья. Где раздают?

— А Кей тебе не говорила? — Гесса наклонила голову — и вместе с тем шевельнула крыльями, как бы продемонстрировав, что это не просто украшение. — Я хотела сказать раньше, но… это слишком важное открытие, чтобы рассказывать о нём всем подряд. Подходящий момент выдался только сейчас.

Очень подходящий, учитывая моё состояние. Но если Гесса рассчитывала резким наскоком привести меня в лучшее состояние, то ей это удалось — сейчас мне куда сильнее хотелось узнать детали, нежели предаваться тягостным раздумьям.