— В понедельник мне нужно будет пойти в школу, — сказала я.

 — И ты туда пойдешь, — парировал создатель королей. Он опустил руку мне на плечо, а затем поднёс её к моему лицу. Через какой-то миг он ласково опустил её на мой затылок. – Я прошу прощения, — произнёс он, — если мои вопросы тебя напугали.

 — Я не напугана, — ответила я. – Просто я думаю о том, на что вы способны. И есть ли черты, которые вы не станете пересекать.

 — Кем ты меня считаешь? – мягким, но смертоносным тоном спросил Кейс. — Чтобы задавать такой вопрос? – он ласково провёл рукой по моей голове и сжал моё плечо. На секунду мне показалось, что он не выпустит меня.

Но он отпустил.

Он отпустил меня, повернулся и подошел к прикроватной тумбочке. Он взял с неё фотографию в рамке и вернулся ко мне.

На фотографии я увидела двух молодых парней и их мать. Тереза Кейс. Женщина, в честь которой меня назвали. Женщина, обставившая эту комнату.

Кейс уставился на фотографию, поглаживая рамку большим пальцем.

 — Ты правильно делаешь, что относишься ко мне с подозрением, — сказал он, глядя на свою покойную жену и мальчика, которым был мой покойный отец. – У меня есть свои мотивы. Всегда есть. Но это не то, что ты думаешь, Тэсс. Есть черты, которые я не стану пересекать.

 — Тогда почему? – хрипло произнесла я. Зачем расспрашивать меня о Даниэле Николае? Если вы не работаете с ними, если вы не один из них – тогда почему?

Я почувствовала какую-то перемену в комнате. В нём.

 — Уолкер Нолан – мой сын, — ещё несколько секунд создатель королей смотрел на фотографию, а затем он поднял взгляд. – Моя жена не знала. Адам не знает. Как и Уолкер, — создатель королей подошел к тумбочке и осторожно поставил рамку на место. – Никто не знает, — произнёс он. – Кроме нас с Джорджией, и теперь тебя.

Джорджия Нолан и Уильям Кейс.

Адам говорил, что у них были отношения, до того, как они оба поженились. Когда Кейс узнал, что Уолкер пришел к Айви, он появился у нас на крыльце, требуя ответов. Пытаясь узнать, в какие проблемы ввязался Уолкер.

В тот день он встречался с Джорджией.

 — Теперь ты знаешь, почему мне нужно знать, что Айви знает обо всей этой омерзительной ситуации, — сказал создатель королей. – Та девчонка-террористка носит не внучку президента, — я никогда не слышала в его голосе такой резкости. – А мою.

Я заставила себя осмыслить это и заговорить.

 — Почему вы мне это рассказываете?

Почему он рассказал мне тайну, которую хранил десятилетиями?

Взгляд создателя королей скользнул к фотографии.

 — Случилось что-то, о чём я не знаю? – спросила Вивви. – Потому что ты снова делаешь это выражение лица… — Вивви нахмурилась, — … и выражение лица Генри, и… — директор Рэлей спас меня от продолжения расспросов Вивви.

 — Начиная с сегодняшнего дня, — объявил он, объявляя собрание открытым, — вступают в силу наши новые меры безопасности, — он начала перечислять эти меры: удвоение числа охранников, смена школьной политики об обыске и конфискации, строгое соблюдение всех существующих протоколов безопасности.

Я гадала о том, заметили ли остальные, как хорошо были вооружены новые охранники. Полиция всё ещё не арестовала никого в связи с убийством Джона Томаса Уилкокса. Администрация Хардвика была на грани.

Отец Джона Томаса работал с террористами, и теперь Джон Томас мёртв, — подумала я.